В магазине женщина бродила и остановилась перед обыкновенными пол-литровыми банками. В одной борщ, а в другой гороховый суп.
И вспомнила, как летом, когда снимали домик на берегу озера, мама такие варила. Давно было – в детстве.
Возьмет баночку борща, купит у бабушек зелени и приготовит. Только картошку надо добавить и сметану.
Вся семья обедала во дворе – под навесом. Усядутся, мама принесет кастрюлю и тарелки, а еще порежет местный вкусный хлеб. И все обедают.
Обыкновенный борщ из банки – без мяса.
А сейчас про такое забыли. Каждая уважающая себя хозяйка никогда не опустится до банки – сама приготовит.
Однако что-то защемило внутри, наверное, следы от ушедшего детства дали о себе знать.
Рука сама потянулась к банке.
Тут же, в магазине, купила зелень и сметану. Детство вспомнить! Тогда вкус борща казался необыкновенным.
Пятнадцать минут – и все готово. Картошка сварилась, борщ аппетитно выглядит.
Только села за стол, как звонок в дверь. Это брат с женой. Брат пошутил: «Угадали, как раз к обеду. А мы проголодались, жена прогнала меня по тысяче магазинов, чуть не чокнулся. Приглашай к столу».
Сели втроем, хозяйка разлила борщ, в блюдечке зелень.
И родственница сказала, что от такого борща обязательно случится изжога: «Неизвестно, что они туда положили. Этикетка – глупости, как говорится, бумага все вытерпит».
Высказалась, но от борща не отказалась.
Съела половину тарелки, продолжила рассуждать: «Я готовлю по классическому рецепту, этого полно в Интернете». И стала подробно рассказывать, как делает.
И каждое слово было произнесено с поучительной интонацией. А подтекст такой: слушай и учись, пока я жива. Научишься и перестанешь есть такую гадость – из банки.
Хозяйка чувствовала себя неловко. Если бы брат один пришел – тогда другое дело. А то привел ее, сейчас будет строить из себя умную: «Будто я сроду борщи не варила».
Говорить про детство казалось несерьезным, родственница сразу подумает, что лень свою прикрывает красивыми рассказами.
Приходилось молча есть.
Дождалась паузы, к брату обратилась с вопросом. Так тему сменили.
Он долго о себе рассказывал.
Наконец, пора уходить. Родственница решила еще раз уколоть: «Таким борщом не насытишься. Через час снова голодный. Ой, по дороге надо в аптеку зайти. Купить что-нибудь от изжоги, а то всю ночь промаешься».
Ушли, а женщина помыла посуду, на балконе постояла. Однако тяжесть душу не покидала. Неприятно было, неловко было, словно ее в чем-то нехорошем уличили.
Квартира на втором этаже. Внизу две женщины, и одна другой сказала: «А тебя почему волнует? Это ее проблемы, пусть думает, что хочет. Наплюй».
Вот и подсказка! Успокоиться надо.
Вечером разогрела порцию. И вспоминала далекое детство. Жара на улице, под навесом тень. За столом молодые мама и папа, а они с братом маленькие. Наедятся красного борща и бегать по пыльным дорожкам.
Глаза слипаются, в избе прохлада – так приятно поспать часок в полумраке.
Сладко стало от воспоминаний.
Ночью снился берег озера, будто мама в голубом платье в тени сидит и задумчиво вдаль смотрит.