Всем добрый день!
Эта история о том, как бывает плохо, когда две хозяйки делят одну кухню. Да что там, одну кухню! Некоторым бывает сложно делить одну квартиру и мирно сосуществовать в соседних комнатах! Читайте мой рассказ до конца и узнаете, чем может обернуться обычная бытовая ссора.
Алла Ивановна и Жанна сразу невзлюбили друг друга. А причина раздора была довольна проста – обе женщины делили Эдика, сына Аллы Ивановны. Алла родила сына, когда ей было уже под 40 лет, исключительно для самой себя. Замужем она никогда не была, а отца ребенка видела один раз – исключительно для зачатия.
Алла Ивановна была школьной учительницей, всю себя отдавала работе и ученикам, поэтому строить отношения ей было просто некогда. Когда появился Эдик, то Алла Ивановна начала также усердно вкладываться и в него, чтобы он стал ей тем идеальным сыном, которым приято гордиться, сидя на пенсии. В 4 года мальчик уже довольно бегло читал, в 5 лет писал собственные рассказы, а в 6 – победил в конкурсе чтецов на областном конкурсе юных талантов. В школу мальчик пошел на год раньше по заключению комиссии, которая признала, что он может учиться в 1 классе.
Надо ли говорить, что после такого интенсивного воспитания в 13 лет Эдик будто сошел с ума и начал убегать из дома? С тех самых пор Алла Ивановна уже не могла влиять на него. В этот период она пожелала, что родила сына без мужа. Она пыталась увлечь сына музыкой, рисованием, пением, шахматами, но он предпочитал заниматься паркуром и скакать по гаражам. Кажется, что тогда же он начал баловаться сигаретами. Кое-как поступил в колледж после 9 класса и совершенно не желал учиться.
Окончательным разочарованием Аллы Ивановны стало то, что в 18 лет Эдик привел домой девушку. Жанне тоже было 18 лет, она воспитывалась то ли тетей, то ли бабушкой, потому что родителей у нее не было. В колледже ребята учились в одной группе, но усердием и прилежанием девушка также не отличалась. Жанна поселилась в комнате Эдика и стала называть Аллу Ивановну «мамой», что Алле совсем не нравилось.
Типичное утро на кухне выглядело так:
-- Мама, почему я не могу найти макароны, которые варила вчера? – вопрошала Жанна, пытаясь найти макароны, чтобы сложить их с собой на учебу.
-- Я их выкинула, они были слипшиеся в кашу, -- отвечала Алла Ивановна.
-- Но почему мне ничего не сказали?
-- А должна была? – хмыкала Алла Ивановна.
Но потенциальная невестка вела себя не лучше.
-- Где яйца, которые я сварила, чтобы красить? – спрашивала Алла Ивановна накануне Пасхи.
-- Я их съела, -- отвечала Жанна.
-- Последние?
-- Конечно! – хихикала девушка, переглядываясь с Эдиком.
И так было постоянно!
Споры шли по поводу того, что должен мыть раковину, выносить мусор, оттирать от жира плиту и выкидывать просрочку из холодильника. Часто Алла Ивановна находила в своем супе волосы Жанны, а Жанна обнаруживала, что ее соевое молоко кто-то подменил обычным.
-- Мама, у меня аллергия на лактозу, -- кричала Жанна.
-- А у меня аллергия на твои волосы в борще, зачем ты трясла своими патлами над кастрюлей?
Переломный момент наступил, когда Жанна сообщила Алле Ивановне, что беременна.
-- Ты пойдешь и избавишься от этого ребенка, я не позволю ломать жизнь моему сыну, -- отрезала Алла Ивановна.
-- А вот и не подумаю, -- ответила Жанна.
В это время на пороге кухни, где разговаривали женщины, появился Эдик и заявил:
-- Не волнуйся, мама. Я буду подрабатывать на стройке. Уйду из колледжа. Мы с Жанной наконец-то сможем съехать от тебя. Ребенок будет с нами, ни в чем не будет нуждаться.
Тут Алла Ивановна ощутила на столько дикую неприязнь к Жанне, что бросилась на нее с явным намерением задушить. Руки пожилой женщины почти дотянулись до горла девушки, но там успела отшатнуться и крикнуть:
-- Не приближайтесь ко мне, иначе я за себя не ручаюсь, я буду вынуждена позвонить в полицию…
-- Ты еще будешь угрожать мне полицией в моем же доме? – крикнула в ответ Алла Ивановна и горько расплакалась, проклиная себя за такую слабость.
Эдик подошел к матери и обнял ее:
-- Прости, мама, но я уже никогда не буду тем сыном, которого ты себе нафантазировала. Но я смогу быть хорошем мужем и отцом. И тебе будет легче, когда мы съедем.
-- Куда вы без образования? Какой может быть ребенок на съемном жилье? Вы оба сошли с ума!
-- Увидишь, мама, все будет нормально, -- ответил Эдик, глазами показывая Жанне, чтобы та молчала и не вмешивалась.
Девушка пожала плечами и вышла их кухни. Она знала, что оставит ребенка при любом раскладе.
Через год молодые люди гуляли на аллее с коляской, в которой лежал крупный розовощекий малыш. Мальчика назвали Захаром. Коляска была куплена с рук и имела не очень товарный вид, но на функциональных качествах это никак не сказывалось.
-- Эдик, когда твоя мама будет знакомиться с Захаром? – спрашивала Жанна, надеясь услышать конкретный ответ.
Но Эдик лишь пожал плечами:
-- Тетя Нина, наша соседка, говорит, что мама теперь почти не выходит из дома. Когда я съехал против ее воли, то она вроде как помутилась разумом. Я бы поговорил с ней, но ты же знаешь, что она не берет трубки.
Жанна лишь вздохнула и бросила взгляд на окна квартиры, которая принадлежала Алле Ивановне. Окна выходили на эту самую аллею, чисто теоретически мать Эдика могла видеть, как ее сын прогуливается с ее внуком. На самом же деле Алле Ивановне уже не было дела ни до Эдика, ни до Жанны, ни до внука. Соседка не врала. Женщина действительно помутилась разумом, ее почти каждый день навещал социальный работник по имени Виктор. Витя рассчитывал получить квартирку от «одинокой бабули». Но это уже другая история.
Напишите, как вы считаете, должен ли Эдик все равно заботиться о матери, даже если у него теперь своя жизнь?
👍🏻 Ставьте реакции, пишите комментарии, подписывайтесь на мой канал.
👇🏻 Читайте следующий материал по ссылке ниже: