За нами уже столпилась очередь, а усатая продавщица Клавдия в небольшом киоске мороженого, продолжала в четвёртый раз на калькуляторе прибавлять несложные суммы.
Я несколько раз переглянулась со старшей дочкой, подбадривая её.
— 240! Будет 240, — не выдержала моя второклашка. — 60 умножить на 4. Мы специально взяли мороженое по одной цене, чтобы вы не сбились, как в прошлый раз.
Мужчина позади нас нервно вздыхал, видимо, мечтая, о том, когда мы быстрее уже отсюда отойдём.
Сын, устав от ожидания, катался на самокате, врезаясь то и дело в коляску, в меня, в подростков из очереди.
— Извините-простите, — лепетал он на своем ещё детском языке и начинал широко улыбаться после каждого столкновения.
Если первые разы на его удары все реагировали спокойно, то спустя 5 минут, он всех вокруг изрядно достал.
— Дим, убери уже самокат и жди на скамейке. Мы скоро, — произнесла я строго, не веря сама в свое «скоро».
Дочка в коляске уже начинала нервно ерзать, и я боялась, что сейчас и так напряженная обстановка усложнится громким младенческим криком.
— Ой, я снова сбилась, — донеслось
из окошка от бабульки лет 60.
— Даш, давай сегодня без мороженого, а? — вырвалось у меня.
— Ты ж обещала, а обещания надо выполнять, — парировала дочка, приводя в аргумент мне мои же слова об ответственности.
Затем Даша наклонилась и громко сказала продавщице:
— Будет 240, я в уме всё посчитала.
Клавдия с улыбкой, я бы даже сказала немножко снисходительной, ответила моей дочке:
— Ты округлила 59,9 до 60, а мне нужно знать точные суммы, а не приблизительно.
Я посмотрела на скамейку, Дима ерзал по ней так, что его кепка свалилась на тротуар с шелухой от семечек.
— Сынок, подними кепку. Она лежит в пыли.
Мужчина позади меня вздохнул, как паровоз.
В это самое время усатая мороженица победоносно оторвала свой взгляд от калькулятора и произнесла:
— 239,60 руб.
Даша протянула ей 250 рублей, ожидая сдачу.
В этот самый момент Дима свалился с лавочки одной ногой в мусорку, но быстро выскочил.
Моё терпение было на пределе.
— Мам, вот мороженое, а вот 10 рублей сдачи, — довольная Даша начала откатывать коляску в сторону скамейки.
«10? 10 рублей?», — проносилось у меня в голове, вспоминая, сколько раз за это лето мы ждали, как бабка медленно посчитает на калькуляторе два плюс два.
Мое терпение лопнуло.
— Вы неверно дали сдачу. Ещё 40 копеек.
Клавдия улыбнулась:
— У меня нет мелочи!
— Тогда зачем вы вечно высчитываете точно на калькуляторе?
— Так положено!
— Тогда давайте верно сдачу, — я напирала, как ледокол.
Клавдия опешила, улыбка на её лице пропала:
— Вы чего злая такая. Добрее надо быть. Как муж-то с тобой живет?
— Прекрасно! — почти выкрикнула я. — Троих вон ему родила.
— Оно и видно, — начала напирать уже усатая Клавдия.
Подростки, устав ждать своей очереди, ушли, громко что-то обсуждая.
— Давайте я дам вам рубль, — не выдержал уже мужчина позади меня. — Женщина, возьмите мой рубль.
— Не надо мне вашего рубля! Я буду жаловаться, — почти со слезами на глазах выкрикнула я, отходя к скамейке, где ждали сын с дочкой.
Пока я раздавала детям влажные салфетки, мужчина занял свое место у окошка «Снежного царства»:
— Здравствуйте! У вас тут акция, берешь 2, 3-ье — в подарок, так что я хочу купить у вас 4 штуки.
— Платите за 3, а 4-ое я дам в подарок, — донеслось из окошка.
— Нет, вы меня не поняли, я хочу купить 4 мороженых, а 2 бы мне дадите в подарок.
— Одно, — еле слышно донеслось в ответ.
Клавдия была непреклонна.
— Хорошо, — хихикнул мужчина. — Дайте мне 2, и 1 — в подарок.
Я ела мороженое и следила за происходящим.
Мужчина расплатился, но остался стоять у киоска «Снежное Царство»:
— А теперь я покупаю ещё 2, и одно вы даёте в подарок.
Я навострила уши, чтобы разобрать ответ продавщицы:
— Обмануть меня решили ? Да? То деньги требуете? Где мне брать 40 копеек? Из своего кармана? То ещё одно мороженое. Я дала вам уже.
— Давайте представим, что я новый клиент, — мужчина протянул карту. — Здравствуйте! Хочу 2 мороженых пломбир, и одно в подарок. Верно? У вас ж такая акция действует?
Я подавила смешок, представив в это время лицо продавщицы.
— Мааам, мам, — Даша тянула меня за рукав липкими руками. — Мне кажется, эта Клавдия глупая?
И тут в моей голове сначала возникло желание сказать, как обычно, «нельзя так говорить о людях», но потом я передумала и произнесла:
— Да, Даш, Клава, явно, не гений!
— Жаба! — вклинился в наш разговор измазанный эскимо Дима.
— Что, сынок?
— Жабу, — повторил он. — В мультике «Лунтик» так зовут жабу.
Я громко рассмеялась и взглянула на киоск «Снежное Царство», около которого в ожидании своего мороженого стояла миловидная женщина:
— Спасибо. Так, оно ж растаяло и вы повторно заморозили.
— С чего вы решили? — доносилось от Клавы.
— Так на картинке вот пломбир в форме цилиндра.
— Мало ли что там на картинках нарисовано.
Я доедала свое эскимо.
— Дети, больше здесь я вам ничего покупать не хочу.
— Ну, маааам….почему?