«Колокольчик тренькнул, в дверь постучали кулаком, потом побили ногой. И наконец, заспанная хозяйка отворила.
На пороге стоял почтальон в весёлой кепке и в ещё более весёлом лице. Женщина охнула, перекрестилась и шепнула: «Всё! Допилась кефира..» Мужчина расхохотался, подстать выражению пухлых щёк. И шепнул в ответ: «Не дрейфь, бабуся! Я - не сон!» И уже серьёзно: «Посылку принёс. Расписываться будем?»
«А что - есть варианты?» - «бабуся» всё никак не могла отомлеть, от неожиданного и такого сюрного проявления судьбы. Много повидала она почтальонов - но таких!..
Посыльный привалился к косяку, крашенному в голубое третьего года. И уже успевшему слегка облупиться - краска, блин, дешёвая. «Как и вся моя судьбина! Ох ты, божечки..» - собралась было поскрипеть на суровый фатум получательница. Но вестник новых удач - уже успевший снять рыжую кепочку и утереться ею даже - оборвал стенания: «Не сейчас! Сначала дела, потом жалобы. На почту жалобы имеем?»
«Неее.. На почту - не. Не имеем. И почт не имеем, сто лет как ничего не выписываю. И не получаю. Не пишут, гады..» - хотела опять взрыднуть мадам.
Однако, не смотря на хипстерский прикид, работник почтамта оказался зол на реакции. «Ну, что Вы! Сколько можно! Я сейчас унесу обратно вещь Вашу. Пойдёте сами в отделение получать. Мне вас всех не переслушать…» И ещё что-то осуждающее..
Женщина вздохнула, вынула документ «подтверждающий» и чиркнула шариковой в графу «с галочкой». Мужчина долго рассматривал фото в паспортине и сравнивал с оригиналом. Остался недоволен, но ксиву вернул и посылку отдал.
Прежде нежели уйти, глянулся в зеркало, висящее в коридоре. Поправил жеманно рыжие же кудри, на висках и затылке. Кепку - в руки. И бегом от сварливой старухи..
Она же, поправила аналогично седые космы и покривлялась в древнее мутное зерцало - дурной пример.. И, прихватив ящичек под мышку, посеменила в комнаты. Там с помощью топора и теска вскрыла фанерную тару. И обнаружила на дне оной альбом - с детскими и семейными фотографиями. Своими и семейства собственного.
Она уж и забыла, что когда-то была молода и даже юна. А что ребёнком в прошлом веке бегала - и вовсе запамятовала..
Вся её биография неясным макаром закостенела в последних двадцати-тридцати годах. Словно, раньше и не жилось ничего!
Села задумчиво на диван. Очки на нос нацепила, повертела коробку, поинтересовалась - кем подарено, кто позаботился.. "Седьмая вода на киселе" родственница с благодарностью за когда-то оказанную помощь и проявленную сердечную доброту. Пожелала возвратить, найденное в кладовой, при уборке генеральной.
Старушка покивала: "Ага. Помню такую. Белобрысая пигалица, тётки моей троекратная внучатая .. и ещё что-то.."
Набралась духу. Раскрыла на коленях обложку толстую, бархатную, в скобочках медных по уголкам. И приступила к апгрейту летописи личной. Пока часа два ковыряла листы и вслушивалась во впечатления, вызванные приходом странного почтаря. Пока, прослезив все глаза, усмотрела и ножки точёные, и грудь высокую, и личико милое - и всё своё, «с огорода»! Пока нежила память дряхлую отдельными всплывшими моментами и деталями пережитого. Ах, как ярко и сладко волновалось тогда!.. Так нахлынуло - не продышать!..
Другой день встретила радостно. Так, как-будто отмела всё, прежде бывшее. Альбом задвинула на полки дальние, чтоб не тревожил больше. Но и скуку, поселившуюся в архивах запылённых, кои и копила сколько лет! Не ощутила.. Как ливнем летним прошлось по ящичкам «аптекарского комода»!..
В прихожке нахлобучила на голову шляпку с букетиком и лентой сиреневой, на тулье. Тронула губы сухие помадой неяркой. Всколыхнула подвитые волосы ладонью - колечко на безымянном вспыхнуло красным «глазком». И поспешила к давней подруге - проведать. Проведать, тортика принести, чайку попить. И поделиться необычным происшествием - и главное, следствием из него! Переменой участи..»