Обзор немецких медиа
🗞(+)WirtschaftsWoche в статье «Как война деформирует экономическую структуру» рассказывает, что в ближайшие годы Германии придётся тратить значительно больше денег на оборону. Это навсегда изменит структуру экономики. Уровень упоротости: сверхадекватный 🔵
Покупай, когда стреляют: тот, кто последовал этой биржевой мудрости и купил акции оборонной компании Rheinmetall, когда российские войска вторглись на Украину в феврале 2022 года, заработал кучу денег. С тех пор акции производителя военного оборудования из Дюссельдорфа подорожали почти на 500%. Это объясняется тем, что Германия является важным поставщиком военного оборудования для Украины. Кроме того, немецкое правительство пообещало сделать бундесвер снова «пригодным для войны» (Борис Писториус). Rheinmetall получает от этого выгоду, как и многие другие производители оружия.
Но является ли возрождение военной промышленности благом для экономики? Когда государство заказывает больше танков и снарядов, в оборонный сектор притекает больше труда и капитала. Многие экономические структуры и баланс между рынком и государством смещаются. Причем с турбоскоростью.
Если Дональд Трамп победит на выборах в США, наступит «политический переломный момент», говорит Карло Масала, профессор международной политики в Университете бундесвера в Мюнхене. По его словам, двухпроцентный показатель расходов на оборону может «быстро подскочить до 4% валового внутреннего продукта». Германия будет плохо подготовлена к такому поворотному моменту.
На протяжении десятилетий политики рассматривали обороноспособность как некую неизменную величину. Для них бундесвер был пережитком воинственных времён, который можно было без ущерба посадить на диету: материально, финансово и в идеале. На сэкономленные деньги правительство развивало социальное государство.
Но война на Украине разрушила мечту о вечных мирных дивидендах. Теперь в порядке вещей перевооружение, а не разоружение. С экономической точки зрения, это бонус за большую безопасность. Это навсегда изменит облик экономики. «Мы всё больше и больше становимся похожими на военную экономику», - говорит экономист Рольф Лангхаммер из Кильского института мировой экономики (IfW). Государство, которое должно быть арбитром в рыночной экономике, становится игроком на поле. С каждым евро, вливаемым в оборонную промышленность, его влияние растёт.
Это имеет далеко идущие последствия. «Вооружение и военная экономика способствуют централизации политических решений», - говорит франкфуртский историк экономики Вернер Плампе. «А большая централизация означает и большую бюрократию». Например, с помощью своей Европейской программы оборонной промышленности (Edip) Комиссия ЕС стремится к общему контролю над европейской оборонной промышленностью. Брюссель хочет централизованно координировать закупочную политику стран-членов и при необходимости вмешиваться в права собственности компаний, требуя от них переключить гражданское производство на военные товары, если в Европе возникнет дефицит оружия.
Поскольку танки и подводные лодки стоят дорого, государственные ресурсы ограничены, а сокращение социальных услуг непопулярно, существует также угроза дальнейшего увеличения государственного долга. Если расходы на оборону удвоятся и достигнут 4% ВВП, то коэффициент задолженности вырастет до 65,7%. Чистые заимствования федерального правительства могут утроиться и составить около €120 млрд. Лангхаммер прогнозирует, что в ближайшие годы Германия распрощается с долговым тормозом.
Если государство сильно задолжало, всё чаще наблюдается тенденция к сокращению долга за счет инфляции. Например, после Второй мировой войны правительство США заставило ФРС опустить процентные ставки ниже уровня инфляции. Отрицательные реальные процентные ставки освободили государство от долгов и экспроприировали его кредиторов. Не исключено, что в будущем центральные банки вновь прибегнут к трюку финансовых репрессий [ну да же! Только теперь США хотят провернуть тот же трюк в мировом масштабе, избавившись таким образом от своего долга перед остальным миром! — прим. «Мекленбургского Петербуржца»].
Инфляция подпитывается рынком труда. Чем больше денег поступает в казну оборонных компаний, тем более высокую зарплату они могут платить своим сотрудникам - и таким образом переманивать квалифицированных работников из других отраслей. «В будущем работа на Rheinmetall в Унтерлюсе может быть более безопасной и выгодной, чем работа на VW в Вольфсбурге, расположенном в 70 километрах», - прогнозирует Лангхаммер. Компаниям гражданского сектора придется ещё больше автоматизировать свое производство или перенести его за границу. Если обязательная военная служба вернётся, возникнет дополнительная нехватка рабочей силы, и зарплаты будут расти ещё быстрее.
Однако положительной стороной перевооружения является то, что военный сектор может дать толчок технологическим инновациям. Во время Первой мировой войны гражданское судостроение, машиностроение и химическая промышленность получили выгоду от государственных расходов на исследования взрывчатых веществ и военных кораблей. Кроме того, стандартизация производства оружия послужила образцом для последующего массового производства автомобилей, мотоциклов и велосипедов.
Однако эти побочные эффекты невозможно просчитать. Кроме того, возникает вопрос, не могут ли ресурсы, поступающие в оборонный сектор, обеспечить большее процветание в гражданском секторе. Тем более что существует опасность, что оборонные компании, подпитанные государственными деньгами, начнут делать покупки. В своём исследовании историк экономики Рената Аллио отмечает, что в США компании, получившие финансовую выгоду от Первой мировой войны, в начале 1920-х годов массово скупали гражданские компании. Степень концентрации в экономике возросла, а конкуренция снизилась.
Экономист IfW Лангхаммер считает, что ренессанс оборонной промышленности вряд ли закончится в обозримом будущем. «Автократические системы во всём мире находятся на подъёме», - говорит он. «Это побуждает демократические страны Европы вкладывать больше денег в свою обороноспособность».
Автор: Фриц Шаап. Перевёл: «Мекленбургский Петербуржец»
@Mecklenburger_Petersburger
P. S. от «Мекленбургского Петербуржца»: толково-толково!