"Как же так?" — удивляюсь я — "Вся моя жизнь — сплошное, безостановочное страдание!”
Но удивляться, в сущности, нечему: в открывающейся перспективе становится очевидным, что страдание — это выбор.
И если раньше этот выбор был неосознанным, явившим собой естественное следствие влияния воспитания, генетики, привычек и культуры, которые создали моё "я", то теперь, когда я достаточно осознан, чтобы чаше становится свидетелем движения своих мыслей, этот выбор стал более чем осознанным.
Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что одна только мысль "этого не должно быть", а точнее, вера в неё, является источником чуть ли не всего психологического страдания, которым я себя обременяю.
Не в моей власти выбирать мысли, но в моей власти отождествляться с ними или оставаться их бесстрастным наблюдателем. И, очевидно, выбор мой в абсолютном большинстве случаев падает на первый вариант.
Из чего я могу сделать неутешительный вывод: я получаю именно то, что я хочу. Страшно признавать, но я хочу страдать, я хочу продолжать тянуть эту роль жертвы обстоятельств. И даже тот факт, что я недоволен быть жертвой, делает меня лишь ещё большей жертвой, ведь именно жертва обстоятельств вечно негодует из-за внешних событий, делает их виновником своих бед.
Да, я недоволен жизнью. И я доволен тем, что я недоволен! А петля страдания только затягивается...
Сегодня я, например, честно признался себе в том, что на самом деле не хочу быть здоровым, не хочу набирать вес и мышцы: я бы хотел похудеть до такой степени, чтобы мне даже не пришлось вербально заявлять о своём страдании, чтобы оно было заметно при одном лишь взгляде на меня!
"Назло маме отморожу уши!" — только в моем случае мне не до конца понятно, назло кому я хочу быть страдальцем. Родителям? Да вроде нет. А кому? Самому себе? Жизни? Богу?
Видимо, это тот случай, про который говорил Экхарт Толле, описывая человека, отождествляющего себя со своим телом боли: увеличивается тело боли — укрепляется его самоотождествление. Что ж, значит, просто не повезло мне начать отождествлять себя с ролью страдальца.
И я задаю себе вопрос: "А есть ли из этого выход?". Если само недовольство этой своей ролью лишь усиливает этого недовольного. Могу ли я что-то сделать, кроме как просто отпустить? Отпустить, всецело прожив то, что требует внимания в данным момент.
"Всё есть, как есть" — я постоянно помогаю себе этой великой по своей силе фразой восстановить хоть какое-то равновесие, чтобы не впасть в невроз.
Всё есть, как есть. К этому нечего добавить. Нечего комментировать, нечему давать оценку, загоняя ситуацию в узкие рамки "хорошо / плохо". Никаких усилий, никакой борьбы.
Всё уже просто такое, какое оно есть. Что может быть проще?
