Мария Петровна замолчала. Как бы она не храбрилась перед встречей с дочерью, сейчас в самый ответственный момент женщина была готова сдаться и замолчать, чтобы снова не переживать те чувства и ту боль, которые испытала в день своей смерти. Как Мария Петровна называла день, когда ее жизнь разделилась на две части.
— Мария Петровна, я... — Татьяна вздохнула. Она не знала, что сказать. Как можно выразить те эмоции, которые она испытала. Девушка прекрасно понимала, что ничего хорошего с ее матерью в тот день не произошло. Иначе человек не стал бы притворяться мертвым целых 20 лет.
— Я попыталась сбежать, но Сергей встал у меня на пути. Мы находились в своем доме, который достался ему по наследству от деда. Поэтому хоть кричи, хоть не кричи — все равно меня никто бы не услышал. Сначала Сергей пристально смотрел на меня. А потом... Первый удар пришелся по лицу, — словно робот, произнесла Мария Петровна. Она собралась с силами, чтобы объяснить дочери, почему исчезла из ее жизни на целых 20 лет. — Дальше была череда ударов по всему телу. Если сначала я пыталась как-то защищаться, чтобы не было так больно, и кричать, чтобы позвать на помощь, то потом просто молча лежала в луже собственной крови. Сказать по правде, то я молила о смерти, — призналась Мария Петровна. — Чтобы не испытывать то унижение, которому меня подверг мой муж.
— Унижение? — опешила Татьяна.
— Да, унижение, — кивнула головой женщина. — Мне было стыдно, что я допустила эту ситуацию. Что терпела столько времени тычки и удары Сергея. Со временем он решил, что имеет полное право распоряжаться мной, как вещью. Я молчала, не оправдывалась. Думала, что своим поведением смогу убедить его в том, что ни в чем перед мужем не виновата. И это было моей ошибкой. Сергей воспринял мое молчание, как признание вины. И решил, что меня нужно наказать.
— Бедная, — Татьяна взяла руку матери. У девушки текли по щекам слезы, она не замечала этого.
— Когда он выдохся, то встал и отошел от меня, оставив одну, как я уже сказала, в луже крови, — продолжила Мария Петровна. — Я слышала, как Сергей пошел в кухню. Что он там делал и сколько находился, я не знаю. Счет времени был потерян. Я просто лежала, закрыв глаза. Тело болело так, что сводило с ума.
Через какое-то время Сергей снова ко мне подошел. Если честно, то я думала, что увидев меня в таком состоянии, он думается. Но я зря надеялась. Вскоре я ощутила новую волну боли. Казалось, в Сергея в тот момент вселился сам дьявол. Мужчины, которого я так любила, не было. Передо мной был совершенно другой человек: с перекошенным от злобы и ненависти лицом, наносящим удары по моему телу.
Я несколько раз теряла сознание, но Сергей приводил меня в чувство. Сколько длилось истязание, я не знаю. Мне было все равно. Хотелось только одного: закрыть глаза и больше никогда их не открывать.
В какой-то момент я перестала реагировать на происходящее. Мне казалось, что я умерла. Такого же мнения был и Сергей. Он стал ругаться, что я и здесь вышла сухой из воды. Ведь он был настроен на более долгий процесс воспитания, — горько усмехнулась Мария Петровна. — У меня было такое ощущение, что мое тело перестало реагировать на происходящее, лишь мозг продолжал функционировать. Я жалела только об одном.
— О чем? — прошептала Татьяна.
— О том, что я не увижу, как ты растешь, — вздохнула Мария Петровна. — Как ты пойдешь в первый класс, как я заплету тебе косы. Как мы будем выбирать тебе наряд на выпускной бал. Всего этого меня лишил ревнивый муж и его друг, озабоченный подонок и трус.
— Мама... — тихо произнесла Татьяна и громко расплакалась, давая волю слезам. Впервые за 20 лет она произнесла это слово, обращаясь к живому человеку. Мария Петровна крепко обняла дочь. Женщина также мечтала об этой встрече, но обстоятельства были сильнее ее.
— Видимо, Сергей решил, что я умерла, — продолжила Мария Петровна. — Что было дальше, я не знаю. Только пришла в себя я уже в реанимации, где за мной наблюдал Борис.
— Это Борис Васильевич? — уточнила Татьяна. — Твой нынешний муж?
— Да, — кивнула головой женщина. — Как он мне рассказал, что меня привезли на скорой. Какие-то приезжие туристы были в тех краях, и обнаружили меня внизу обрыва. Они-то и вызвали помощь. Как и рассчитывал Сергей, все решили, что я сорвалась с обрыва.
Придя в себя в больнице, я все рассказала Борису. Он понял, что Сергей ни перед чем остановится, чтобы уничтожить меня. Тогда Борис, вопреки всем правилам, не стал сообщать о моем появлении в больнице. Вместо этого Борис вместе со своим другом Артемом провернули аферу. Спустя три дня ночью через запасный выход они вывезли меня из больницы в квартиру к Борису. А всем сказали, что я сбежала. Вскоре многие забыли про меня, так как я не представляла для них никакого интереса. Подумаешь, какая-то неуклюжая упала с обрыва. И если вскоре сбежала из больницы, значит, с ней все в порядке.
Два друга по очереди дежурили возле меня, выхаживая. Да, это был большой риск, учитывая какие травмы я получила. Но мужчины сделали все, чтобы меня выходить. Ведь они оба были врачами.
— А как бы вы жили дальше? — спросила Татьяна. — Если ты говоришь, что отец не оставил бы тебя в покое.
— Видимо Господь решил сжалиться надо мной, после всего, что я пережила, — усмехнулась Мария Петровна. — Вскоре Боря пришел домой и сказал, что меня разыскивает полиция по заявлению моего мужа.
— Я представляю, как ты была напугана, — сказала Татьяна.
— Не то слово, — кивнула головой Мария Петровна. — Если честно, то я думала, что Сергей знает, где я. И вскоре придет за мной, чтобы завершить начатое. Но мне улыбнулась большая удача. Так получилось, что около морга, который находился при больнице, несколько дней назад нашли труп женщины, умершей от сердечного приступа. Но перед этим за несколько дней по стечению обстоятельств ее кто-то сильно избил.
Полиция объявила о розыске ее родных. Но никто так и не появился, поэтому ее похоронили, как неопознанную. Когда в полиции появился Сергей, то ему показали фотографию трупа этой женщины. И он сразу же ее опознал, как свою жену. Полиция помогла оформить Сергею мои документы о смерти, и тогда твой отец стал официально вдовцом. Я думаю, что Сергей был рад таком исходу обстоятельств. Ведь он вышел сухим из воды. Все получилось так, как он хотел.
— Но как отец мог опознать в той женщине тебя? — опешила Татьяна.
— Если честно, то она была сильно избита, поэтому лица, можно сказать, не было, — пояснила Мария Петровна. — А по телосложению эта женщина была точной моей копией, даже цвет волос был таким же. Борис видел фотографии трупа этой женщины, и он подтвердил, что мы были похожи.
— Ничего себе, — выдохнула Татьяна.
— Я стала официально мертвым человеком, — сказала женщина. — Ты не представляешь, какое это странное чувство. Тогда Борис предложил мне поступить таким образом. На тот момент он был тогда вдовцом с семилетним ребенком на руках.
— Алексеем? — уточнила девушка.
— Да, Алексеем, — кивнула головой Мария Петровна. — Он предложил покинуть этот город. И я, не раздумывая, согласилась. Ведь от меня сейчас было мало толку. Мы уехали в небольшой поселок. Как ни странно, но там оказалось легче всего затеряться. Людей немного, да и те не задавали лишних вопросов. Мне помогли сделать новые документы, взамен, якобы, утерянных. И тогда мы официально расписались с Борисом.
Женщины замолчали. Каждый думал о своем. Мария Петровна переживала, как Татьяна воспримет вновь появившуюся мать, которая не подавала целых 20 лет признаков жизни.
А Татьяна думала, как ей жить дальше.