13 февраля, 2013
— Девочкам-гидам рядом с каптанами в автобусах не садиться и не
вступать с ними в диалог, — Рамиз выдал сие указание в начале
сезона и неоднократно возвращался потом к этой догме
девочкско-гидского поведения, комментируя очередной инцидент в
непростых отношениях гидов и водителей туристических «миников»,
«мидиков» и «басов».
Черные брюки и белая, нередко грязная, рубашка, на лицо вылитый
Будулай, окутанный ароматами турецких табаков третьего сорта,
маленькие чётки в руке, в глазах — крайне чувствительное к
оскорблениям эго, а в магнитоле колымаги, которой он рулит, —
неизменные тюркю — народные песенки, тянущие нервы своими
заунывными дребезжащими звуками.
Встречайте национального героя туристических широт — турецкого
драйвера!
Почему трансфер — это квест
С водителями, как ни крути, гид проводит большую часть дня, и каптан
может стать как благословением, так и проклятием.
Типичный турякский водила не может похвастать изощренным умом,
тонким интеллектом и изысканными манерами. Препираться насчёт
правил работы он начинает сразу, «не отходя от кассы»: отказывается
надеть галстук, является на дело небритым, доводя процесс-контроля
Ахмета до белого каления.
«Орхестра Турз» в Бодруме сотрудничает с одной конторой,
занимающейся туристическими перевозками. В штате фирмы около двухсот водителей, собранных со всей страны. Такая географическая
пестрота имеет одно неприятное последствие: драйверы-новички
абсолютно, СОВЕРШЕННО не знают местных дорог и отелей. А если ты
сам новенький неопытный гид, пиши пропало: готовься к нервотрёпке на
каждой программе до тех пор, пока сам не выучишь дислокацию
гостиниц.
— Ты знаешь вот этот отель, аби*?
— Нееет, я не знаю, откуда мне знать? Пусть гид показывает!
— Я тоже не знаю, — пищит испуганный гид.
— Тогда позвонишь в офис, или пусть водитель звонит в свою
контору, там ему объяснят, как проехать, — наставляет Ахмет,
отправляя чуть ли не с белым платочком в руке горемычную парочку в
путь-дорогу.
А теперь представьте, что подобная ситуация случилась на эрайвеле.
Водила с далёкого Трабзона, Эрзурума или, того хуже, Бингёля озабочен
только своими чаевыми и тем, что галстук-удавка не дает ему свободно
вдыхать дымы его сигареты. Рядом с ним юный гид пытается что-то
рассказать об инфо-коктейле сорока новоприбывшим туристам, попутно
названивая в офис и получая подсказки по прохождению квеста.
Стыдоба и срамота, скажу я вам. Сертификат качества, ага.
За чемоданами следите сами
Но и на этом не кончаются сюрпризы, которые способен явить нам
турецкий драйвер.
Однажды у меня был эрайвел с фидером на Торбе. Как положено, без
сучка без задоринки я отсадила туристов в «миник», поручив их
киргизской девочке-гиду, еду дальше. И уже добравшись до отдаленного
отеля в Тургутрейсе, выясняю, каков идиот оказался водила моей
киргизки. Он попросту выхватил из моего «баса» не те чемоданы,
перепутал багаж, туристы крайне удивились пропаже своего добра, а мой
водила долго комментировал умственные способности своего коллеги,
уверяя, что всегда предоставляет забирать багаж его хозяевам и сам не
лезет к чемоданам.
Лёгкий рэкет на дороге
Есть еще один немаловажный момент — упомянутые выше чаевые.
Святой Грааль. Кольцо Всевластия. Игла в яйце, яйцо в утке, утка в
зайце, заяц в сундуке.
Водилы норовят забирать все чаевые с программы себе, полагая, что
всю работу делают они, а гид тут так, для красоты. И была бы там хоть
сумма — в основном, война идет за 2-4 доллара. Тем не менее,
находятся такие гиды, которым принципиально важно отбить половину
«чая» себе.
Татарская девочка Амиля учила всевозможные способы донести до
сознания турецкого драйвера фразу «Чаевые делим пополам», в ход
шло и английское «фифти фифти», и турецкое «яры ярыя»**, однако ее
жалобы на жадность водил не прекращались.
А я всегда справедливо полагала, что чаевые, которые я получаю из рук
туристов на турах, — это исключительно мои чаевые. Ну, в самом деле,
какое отношение может иметь водитель, доставивший нас от порта в
отель, к пяти часам плавания на яхте в компании, например, славного
капитана Хютейна (не менее жадного до денег)? Никакого.
Во второй половине сезона я стала замечать, что некоторые водилы
как-то недружелюбно настроены, как-то грубят, ворчат, игнорируют.
Правду мне открыл Ахмет, сообщив однажды:
— Нади, чаевые всегда яры ярыя. Водители на тебя жалуются, что
ты не делишься.
— Я делаю туры! Чаевые дают мне после тура!
— Все равно. Если их дают в салоне автобуса, то яры ярыя.
Разумеется, на меня это внушение не подействовало.
Водители делают это с энтузиазмом
Водилы могли сколько угодно дуться и обижаться, могли и
«настукивать», чем они, собственно, регулярно занимались.
Вышла, к примеру, из ложмана девчушка с огромными серёжками до
плеч, Ахмет сделал ей замечание — сняла, села в автобус — снова
надела, а драйвер из особо идейных (как правило, из орхестровских
штатных) возьми да и позвони Ахмету. А тот обязательно вечером на
собрании с удовольствием объявит во всеуслышание, чтоб другим
неповадно было.
Они научат работать без сна
На самом деле, оставалось лишь удивляться тому, как в таких рабочих
условиях многие водители умудрялись сохранять чувство юмора,
способность думать, помогать и не теряли бодрости духа. Приезжим из
других илей*** не предоставляют даже ложмана переночевать и принять душ. Водилы спят в своем транспорте. В багажнике наших «миников» и
«мидиков», кроме всего прочего, всегда найдется подушка и покрывало.
Но даже такого украденного сна у героических драйверов
катастрофически мало: от двух до шести часов в сутки, если повезло.
Многие страдают от недосыпа.
Под конец сезона мне «посчастливилось» отправится на трансфер в
Даламан: четыре часа езды туда и столько же обратно. Я ехала в
«минике» с пожилым дядечкой, который и без того не был обременен
живостью ума. А тут он выдвинулся в путь еще и невыспавшимся.
Представьте, как скакнул у меня адреналин, когда наш автобус начал
вилять по дороге. Глаза у водилы соловели, «миник» замедлялся,
съезжал с полосы, пока я не окликала дядьку по имени.
Так и ехали.
В Даламане я не сочла за труд купить старикану кружку растворимого
кофе за два доллара в кафешке аэропорта. Честно говоря, помогло это
мало, и всю обратную дорогу пришлось зорко следить за водилой,
обделяя своим вниманием двух весёлых русских теток, что устроились с
коньяком на заднем сидении.
Несмотря на все мытарства, зачастую турецкий каптан выручал в
трудной ситуации. С некоторыми и вовсе было приятно иметь дело.
Мои аплодисменты лучшим драйверам!
Спасибо Али каптану. В начале сезона, когда меня замутило на крутых
бодрумских поворотах в нашем минивэне, он дал мне подышать у моря и
развеяться;
Спасибо старому, иссохшему, как морской волк, Ибрахим каптану,
Шумахеру бодрумских серпантинов, — с ним не грозили опоздания;
Спасибо спокойному и сдержанному Мустафе каптану, что помогал мне
справляться с трудным маршрутом трансфера;
Спасибо всем тем, кто не жалел последних денег, чтоб купить голодному
гиду булочку и газировку на утренней программе, мороженое или еще
какую снедь по дороге с программы, а то и вовсе набрать целый пакет
еды с собой в ложман.
Иногда можно было послушать и тюркю, выключить кондиционер и
открыть окна, впустив ветер, расспросить каптана о том, откуда он
родом, и поделиться переживаниями по поводу рабочих перипетий.
Часто, сколько в простаках-водилах было невежества и грубоватых
манер, столько в них имелось и души.
Незамысловато.
* турецк. ağabey или сокращенно разг. abi — буквально «старший
брат», а также уважительное обращение к старшему мужчине
** англ. fifty fifty; турецк. yarı yarıya — пятьдесят на пятьдесят,
пополам
*** иль (турецк. il) — единица административного деления Турции
(бывший вилайет), подобно области или краю