Упитанный гладкошерстный кот жгуче-рыжего окраса, неформальный лидер котовьей ватаги собственного двора и отвоёванных в безжалостных, - крови пролито больше, чем выпито молока, - схватках с соперниками близлежащих территорий, привычно потягивался, беззвучно зевая, лёжа на скамейке. По раннему времени она пустовала. Любительницы почесать язык и накормить котов да птиц, старушки из ближайшего подъезда, ещё изволили почивать в тёплых постелях, нежа успокоенное отдыхом сознание сладкими снами.
Лидер, покончив с утренней разминкой, сел в асану сфинкса и принялся зелено-песочными глазами сканировать двор в поисках того, с кем можно померяться авторитетом и хвостом. Таковы в недавнее время были да уже давно сникли, втоптав собственными лапами свою пронзительную кошачью песню в грязь деспотического подчинения. Сейчас установилась его, Лидера, автократия, неразделимая и непоколебимая над всеми и над всем. Тем, до чего могли дотянуться его сильные лапы с выпущенными когтями и без оных. Власт