Дочка попросила называть мужа папой, я разрешила. Теперь бывший бесится

Пусть злится на того, кто в этом виноват. Просто встанет перед зеркалом и честно ответит себе на вопросы: точно ли он - папа для Лины?

Ответ простой - нет. Кирилл никогда не был папой. Более того, он склонял меня сделать аборт. А когда я отказалась избавляться от ребенка, сам стал пытаться меня абортировать.

В его арсенале были как психологическое оружие, так и физическое. Мой отец забрал меня из квартиры Кирилла в тот момент, когда он таскал меня за волосы по комнатам и бил по животу ногой.

После того случая я больше не возвращалась к бывшему мужу. Писать заявление на него я не стала, так как боялась последствий. Он обещал отомстить.

У меня есть только папа. Но у него больное сердце, и я просто не хотела впутывать его в свои личные разборки. Я боялась, что Кирилл рано или поздно мог бы просто довезти моего отца до инфаркта.

Я отпустила Кирилла с миром. Развели нас спокойно, так как все совместно нажитое имущество я оставила бывшему. Он пообещал в свое время не терроризировать нас с Ангелиной и выплачивать алименты в срок.

Конечно же, у Кирилла есть приличная задолженность перед дочерью. Но я не ждала от него благородства и материальной помощи ребенку. Не мешает нам жить и на том спасибо.

Два года назад я познакомилась с Олегом. Он – настоящий мужчина, на которого я могу положиться и которому могу доверять. Рядом с мужем я чувствую себя женщиной и впервые в жизни почувствовала, что значит быть любимой и желанной.

Ангелина приняла моего мужа несмотря на то, что она – замкнутый ребенок. Я стараюсь корректировать характер ребенка и помогаю ей социализироваться. Но большой скачок в развитии она получила после того, как мы стали жить с Олежей.

Две недели назад я наблюдала такую картину: Олег сидит и вместе с Гелей собирает алмазную мозаику. Размер картины немаленький – 30 на 40 см. Муж терпеливо кладет стразик к стразику и еще параллельно ведет диалоги с малышкой.

Картина для меня показалась очень трогательной. Я много раз представляла: как было бы здорово, если бы Олег был родным отцом Ангелины. Я вижу, что моя дочка тянется к мужу, а он смотрит на нее с теплотой в душе.

Раз в несколько месяцев мне звонит Кирилл, чтобы справится о здоровье и делах Ангелины. Когда у него хорошее настроение, он даже просит дочку подойти к телефону.

Крайний разговор пошел совсем по другому сценарию. Ангелина в разговоре с биологическим отцом упомянула Олега, назвав его папой. Кирилл после услышанного пришел в ярость.

Трубку выхватил Олежа, и поговорил с ним по-мужски. Муж доходчиво объяснил бывшему, что устами ребенка глаголит истина. Отец – тот, кто воспитывает, а те тот, кто зачал ребенка.

Месяц назад Геля спрашивала у меня: - Мама, можно я дядю Олега буду называть папой? Он ведь – мой папа? - Конечно можно, доченька, - опередил меня с ответом муж. Я кивнула головой Геле, дав согласие.