А.С. Пушкин любил добродушно пошутить над бытом, нравами и обычаями представителей дворянского сословия – не только столичного, но и провинциального. В повести «Барышня-крестьянка» он остроумно высмеял образ жизни и хозяйственные порядки двух среднестатистических помещиков из российской глубинки – Ивана Петрович Берестова и Григория Ивановича Муромского. По ироничному замечанию Пушкина, оба до поры до времени были непримиримыми противниками. Но их вражда сводилась не к личной неприязни, а к способам ведения домашнего хозяйства, что не раз вызывает улыбку у читателей.
Берестов был расчетливый хозяин. Свое имение он держал в образцовом порядке. Он выстроил дом по собственному плану, организовал суконную фабрику (и сам носил сюртук домашнего производства), сам вел бюджет, тщательно следил за доходами и расходами. Соседи нахваливали его хозяйственные успехи, которыми Берестов весьма гордился. По натуре он был убежденный консерватор, жил по принципу «были бы по-русски хоть сыты» и не терпел нововведений – в отличие от своего соседа Муромского.
Этот, по словам Пушкина, был «настоящий барин»: он промотал значительную часть своего материального достатка и, приехав в деревню, продолжил «проказничать». Будучи провинциальным помещиком, Муромский завел английский сад, нарядил простых мужиков-конюхов жокеями, пытался выращивать хлеб «по английской методе» и нанял для своей дочки-проказницы Лизы мадам гувернантку. Эти нововведения страшно раздражали Берестова, который при каждом удобном случае критиковал и высмеивал соседа. Муромский не оставался в долгу и прозвал Ивана Петровича «медведем и провинциалом».
В этих моделях дворянских усадеб Пушкин в ироничной форме показал две крайности современного ему хозяйственного быта. В 19 веке в общественно-политической мысли страны произошел раскол. Одна часть дворян активно заимствовала западноевропейские достижения и пыталась внедрять их в свою жизнь, как Муромский. А другие, напротив, были убежденными сторонниками и защитниками родной старины и критиковали подражание иноземным образцам. Пушкин добродушно подсмеивается над теми и другими и в конце концов остроумно примирил Берестова и Муромского. Несмотря на разницу в характерах и убеждениях, они даже подружились до решающего любовного объяснения своих детей.