Вызвали скорую, счёт шёл на часы. Не прошло трёх месяцев от рождения, как узнала Наденька, что значит плохой иммунитет. За ночь простой насморк перешёл в обструктивный бронхит. Первый стационар, за ним ещё один. Череда бесконечных болезней не прерывалась. То горло красное, ангина, температура 39. То сопли перетекали в затяжной ринит до месяца. К ним ещё колики добавить и сон дневной вместо ночи. Завертелась чехарда желанного материнства. Надя знала, что дети трудно даются, но чтобы так. Сон по два-три часа вошёл в привычку. Никому не было интересно, как она до сих пор жива и в своём уме. Так продолжалось полтора года. Вечный день сурка. "Мамин сыночек" называли его. При виде других родственников он плакал навзрыд. Начиналась истерика, которую никто не в силах остановить, кроме Нади. Он просыпался, когда её не было рядом. Приходилось сидеть рядом с кроваткой. Везде за ней ползал, как хвостик. А Надя любила его таким. "Не бывает, чтобы дети месяцами с антибиотиков не слазили." Думала она