В предпасхальные и пасхальные дни в связи с праздником Воскресения Христова возникает множество вопросов, и один из них: правда ли, что умирающие на Пасху попадают сразу в рай?
Когда мы говорим о нашей вере, нужно четко разделять три вещи. Первая — учение Церкви, то есть то, что известно доподлинно и закреплено официально, чтобы верующие могли на это ориентироваться. Вторая — то, что закрепилось в церковном Предании, то есть эти вещи мы имеем в виду, но силы догматов или канонов они не имеют. Наконец, третья — представления, которые кажутся частью церковного учения или Предания, но на самом деле являются человеческими домыслами, основанными на том, что хотелось бы видеть в жизни, или, что тоже бывает, на каких-то дохристианских, языческих идеях о мире, и не имеют ничего общего с действительностью. А Церковь — это про то, как все обстоит на самом деле, и это существенный момент.
В церковном учении никак не закреплена идея о том, что те, кто умирает на Пасху, сразу попадают в рай. Поэтому доподлинно говорить о том, что сам факт смерти на Пасху свидетельствует о том, что человек в раю, мы не можем. Равно как и не можем сказать о том, что те, кто умерли не на Пасху, в рай не попадают: в нашем праздничном календаре есть сотни святых, чьи дни памяти приходятся на разные дни года, подавляющее большинство скончались не на Пасху, однако же они не только с Господом, но еще и святы, могут молитвенно помогать другим людям, ходатайствовать за них перед Богом.
Некоторые священники предполагают, что эти представления об участи умерших на Пасху связаны с особым, пасхальным чином отпевания. Но этот чин такой особенный потому что на Светлой седмице, то есть на первой после Пасхи неделе, в принципе все церковное богослужение меняется и служится особым, пасхальным образом, а вслед за ним меняются и другие молитвы: вместо утренних и вечерних молитв читаем часы Пасхи, вместо обычных канонов ко Причастию — Пасхальный канон и так далее.
Могу предположить, что сама мысль о том, что человек попадает в рай сразу, может быть связана с историей благоразумного разбойника, о которой читаем в Евангелии от Луки (Лк 23:32–43):
Вели с Ним на смерть и двух злодеев. И когда пришли на место, называемое Лобное, там распяли Его и злодеев, одного по правую, а другого по левую сторону. Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: «если Ты Христос, спаси Себя и нас». Другой же, напротив, унимал его и говорил: «или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал». И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое! И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю.
О нем поется и в одном из песнопений утрени Великой Пятницы:
«Разбойника благоразумнаго во едином часе раеви сподобил еси, Господи, и мене древом крестным просвети и спаси мя» (Разбойника благоразумного в одном часу рая удостоил, Господи, и меня крестным древом просвети и спаси).
Это очень яркое, глубоко трогающее сердце песнопение, пропустить его практически невозможно, и, может быть, основная просьба — «и мене древом крестным просвети и спаси мя» — могла в сознании верующих замениться идеей о том, что как разбойник, который покаялся прямо перед Пасхой, сразу пошел в рай, так и любой умерший на Пасху получит такую же долю. Но дело вовсе не в том, когда произошла смерть, а именно в содержании жизни и настроения человека. Если он стремится к Богу, ищет просвещения и бытия со Спасителем, то, будучи с Ним в жизни земной, с Ним же окажется и в жизни вечной.