Ничто не предвещало, но после комментирования герасимовской дилогии о Петре I здесь
поступил вопрос: "Что вы видите в герасимовском же "Красном и черном", в любовной коллизии главного героя? Де ла Моль или де Реналь, кого на самом деле любил Жюльен Сорель? Вот если бы вам пришлось это комментировать, как вы обычно комментируете?"
Dieu sait, для чего понадобилось наше мнение на сей счет, но вообще такие частности подробно разбираются на вузовских курсах зарубежной литературы и практики языка. Выглядит это, как правило, довольно нудно: конкретно по этому произведению, по его любовной линии студенты с преподавателем расходятся по разные стороны баррикад, начинается давление авторитетом, кончается всё за упокой. Но ah bon, если извлечь наше мнение по данному вопросу оттуда, куда его пришлось отправить тогда, когда им в последний раз интересовались, то...
——————————————————————
...мы, конечно, на Матильды де ла Моль стороне. Bien sûr, sans aucun doute.
Да, есть первая любовь - Луиза де Реналь. Для неискушенного книжно-латинского мальчика и, как писал Пушкин, в предполагаемых обстоятельствах - вариант неизбежный. У многих так и было, да и по сей день встречается, даже на высшем французском уровне.
Но в жизни есть первая любовь, а есть главная. Почему это Матильда? В основном по результатам.
Главная любовь Матильда - это ровесница, умница, красавица, та нестандартность, апологетом и искателем которой всю свою недолгую жизнь был Жюльен. Знатность, большие деньги, noblesse oblige со всеми её неудобствами, постоянный тугой корсет comme il faut. Но и огромная чистая любовь, страсть, где главным стал сам человек, а не его регалии, готовность созидать, давать, ценить, доказывать делом, ребёнок, в конце концов.
Первая любовь де Реналь - это измена в своей основе, обманутый муж, ни в чем не виноватые дети, отвратительное клеветническое подметное письмо (изначальная ложь порождает последующую), отсутствие всяческих перспектив и будущего и, pardon, сплошное потребление нынешнему обществу на зависть.
Казалось бы, выбор очевиден. Зачем витийствовать там, где прописная истина налицо, да и на сердце, положа руку туда же? Но пусть будет так, как решил главный герой, не пожелавший, по выражению аббата Пирара, "вдуматься хорошенько в эту разницу". Как там, "c'est ma femme, mais ce n'est pas ma maîtresse"? Bon d'accord.
Что в итоге: чреда выстрелов в "любимую" в церкви, аутодафе на суде, смертный приговор, гильотина в 23 года. Умер сам (причем во многом назло), умерла спустя три дня после казни Луиза, трое детей остались сиротами без матери, муж-мэр потерял всё, что создавалось им всю жизнь, зато приобрёл раскидистые рога, которыми разве что за пики гор Юра́ цепляться, а репутационные риски лягут не только на него, стареющего мужчину, который отжил своё, но и на трех мальчиков, которым только вступать в жизнь.
Что стало с ребёнком Матильды, роман умалчивает, не исключено, что после всех событий он не родился вовсе. Упоминается только, что та, которая по своему уму, красоте, любви, человеческим качествам, исконному положению была достойна наилучшего, удовольствовалась лишь созданием мавзолея-пантеона в пещере горы, где собственноручно похоронила гильотинированную голову возлюбленного. Блестящие результаты, ничего не скажешь.
Résumé.
Primo: выжженное поле после ядерного взрыва.
Secundo: и это зовётся любовью?
Tertio: главная, настоящая любовь - светлое, чистое, а главное конструктивное и созидательное чувство.
А вот это всё... И слов не подберешь, ни русских, ни французских.
А экранизация Герасимову весьма удалась.
Le voilà rétro.
LR.