«Манюня: Приключения в Москве» - заведомо скандальный фильм. В нëм нам приготовили альтернативную версию Юрия Никулина. За это фильм и отхватил от доморощенных критиканов. Но они не правы.
Я - совсем не киноблогер. Вот ни на капельку. Но тут - не удержаться: намерен высказаться. Хотя... Эта статья - не столько про кино, сколько про общество. Про консерватизм, граничащий с дремучестью.
Итак, суть: в современный фильм вмонтировали Юрия Никулина. Точнее - его копию, которую создала нейросеть. Можно сказать - электронный клон, дипфейк.
Этот фильм - «Манюня: Приключения в Москве» - огрëб критики от диванных киноэкспертов ещё до выхода. Авторов ругают именно за Никулина. Отвечу на самые популярные тезисы доморощенных аналитиков и «знатоков кино».
«Нормальных актëров не осталось, вот и добрались до советских артистов», - возмущаются недовольные.
Отвечаю: блестящие актëры есть! Актëров много! Их очень много! Каждый из вас, уважаемые читатели, мог бы легко составить собственный список фаворитов. Можно просто пробежаться по современным сериалам, и сразу - множество талантливых имëн: Александр Робак, Евгений Стычкин, Роман Мадянов, Константин Хабенский, Кирилл Кяро, Михаил Пореченков, Иван Охлобыстин, Антон Васильев, Павел Прилучный, Мария Аронова, Любовь Аксëнова... Да долго можно перечислять.
Юрия Никулина включили в новый фильм не из-за дефицита актëров. Нейросетевое «воскрешение» артиста - маркетинговый ход. Иначе говоря - рекламный. Ну, хорошо: может, есть ещё интерес к необычному эксперименту и желание стать первопроходцами в новом жанре. Но прежде всего - маркетинг.
«Юрий Владимирович не хотел бы такого, он бы не позволил», - почему-то уверены некоторые.
Отвечаю: хотел бы Никулин такой необычной роли, или нет - мы не знаем. Возможно, не хотел бы. А может, наоборот, был бы рад.
Спросить у Никулина мы не можем, но по закону принимать решение могут его наследники. Они дали согласие на эксперимент. Имеют право.
В конце концов, вас ведь не смущает, если художник рисует портрет того, кто давно умер? Не смущает. Почему ж не «нарисовать» образ человека в кино?
«Смотреть это будет ужасно. Наверняка получится неестественное низкопробное зрелище», - уже вынесли вердикт отдельные кинолюбители.
Отвечаю: мультики тоже выглядят неестественно. Слишком яркие краски, а ещё животные человеческим языком разговаривают. Ну, посмотрите «Трое из Простоквашино»: мальчик ведёт светские беседы с собакеном, а котейка пререкается с почтальоном. Естественно? Нет.
Насколько естественно сыграет роль электронный Юрий Никулин, мы не можем узнать, не посмотрев фильма. Но, считаю, кино будет интересно посмотреть вне зависимости от того, насколько качественно сработает нейросеть. Интересно посмотреть именно воплощение нового жанра, новых возможностей, интересно соприкоснуться с новыми удивительными гранями искусства.
Впрочем, я понимаю, почему критиканы так возмущаются и негодуют. Дело здесь не в трепетном отношении к Никулину и не в высоких культурных запросах зрителя.
Нет. Дело здесь - в обычном консерватизме. В подсознательном страхе перед чем-то новым. Наверняка, в своë время люди так же боялись электричества, рентгена, прививок... Вот только в наше время, с нынешними технологиями, с образованием, бояться нейросетей (и сублимировать свой страх в агрессивную критику) - это на грани дремучести.