Глава 40.
После пох орон матери брат Серега и отец Леонард Павлович прекратили все отношения с Ленкой, доведшей Веру Константиновну до сме рти. Она неоднократно пыталась подкатить к папе, но ничего не получалось. А вот у дочери Анечки Елена бывала часто, набирала в ее огородике помидоров, огурчиков и всяких других овощей. Приносила гостинцы внучке Настеньке. В гостях у Ани все любили бывать. Атмосфера ее большого двухэтажного дома была пронизана сказочной любовью.
Пришёл как-то Виктор, отец Ани. Долго смотрел на обожаемую внученьку Настеньку. Смотрел и не мог насмотреться. Он поцеловал дочку, потом внучку и ушёл. На другой день его не стало. Ленка всем говорила, что Виктор ум ер "потому, что сильно ее любил и забыть не мог, из-за этого и пил". Может быть. А Ленке его было совсем не жаль. Если честно, она любила только себя.
А Аня с мужем лечили свою Настеньку, возили ее по врачам, на море. Надежда на выздоровление доченьки не покидала их.
Для них она была свет в окне. Под фотографиями в интернете, где снята дочка, подписано: "Мое счастье", "Мое солнышко". На других фото Настенька сидит с девочками, пришедшими к ним в гости, и совсем не отличается от них. Улыбается, хорошенькая, счастливая. Там же фотографии с немыслимой красоты цветами, породистыми собаками, кошками, бабочками. Все дышит счастьем и любовью. Аня всё знала о болезни Настеньки. Доктора сразу сказали ей, что с таким диагнозом дети живут недолго. Знала и понимала, но надеялась на чудо. Казалось, вот-вот: и Настенька заговорит, пойдёт. Но чуда не случилось. В десять лет, как и предсказывали врачи, Настенька умерла. Угасла словно маленький огонёчек.
Аня словно окаменела, смотрела на ее игрушки, саночки, одежду и не могла дышать от горя. Муж был рядом, старался отвлечь, сам мучительно переживал смерть ребёнка, но понимал, что жене во много раз хуже, чем ему. Аня чувствовала, как в груди незаживаемой раной болело сердце, и эта боль не давала спать ночами. Врачи определили предынфарктное состояние. Ее положили в стационар. Лечение вроде бы помогло. Аня опять начала спать, есть, а потом и потихоньку работать. Кирилл старался ни одним словом её не расстраивать. Ходили вместе на кладбище к Настеньке, сажали Анины любимые цветы. Вроде бы жизнь потихоньку налаживалась.
Летним красивым днём, когда все вокруг их дома цвело и благоухало, у Ани случился сердечный приступ. Боль была невыносимая, и Анюта оказалась в реанимации. Три дня ее старались вытащить лучшие кардиологи, но в летний вечер, когда ещё светло, как днём, Кирилл узнал - Аня умерла.
Мать Елена не пришла ни в дом, когда привезли Анечку, ни на похороны. Объяснила это тем, что не может видеть дочь в гробу.
Помогли Кириллу их с Аней друзья. Народу пришло много, несли цветы, венки, огромные букеты роз. "Теперь Анечка, мое солнышко, вместе со своими детками: с нерожденным сыночком и Настенькой на небесах" - плакало сердце Кирилла. Он не мог от горя говорить, даже смерть Насти он пережил легче. Ане было чуть за сорок. Коллеги, соседи, одноклассники, все, кто знал ее, хотели проводить Анечку. Люди плакали, глядя на красавицу, лежащую в цветах. Даже горе не смогло испортить ее красоту, она была, как живая. Не было только матери.
Ленка, встретив в магазине Анину соседку, остановилась:
- Клавдия Петровна, здравствуйте!
- И тебе не хворать, Елена Леонардовна! Ты что же на похоронах дочки не была?
- Болела я. Подняться не могла. Если бы увидела Аню в гробу - сама легла бы рядом. Вы лучше мне расскажите, как все прошло? В каком платье похоронил Аню Кирилл?
- Ох, красивое было платье! А Аннушка была в нем, как живая. А цветов, цветов-то сколько было! А народа! Честно, наверное, весь город пришел.
- А вы не знаете, сколько это платье стоит? - опять поинтересовалась Ленка.
- Не мало, я думаю. А зачем тебе? - спросила соседка.
- Да так, к слову, - ответила "безутешная мать". Она уже прикидывала, сколько денег у зятя, как будет делить наследство с Кириллом. Для этого она явилась в дом и была ошарашена - везде были разложены Анины вещи, расставлена обувь, повсюду стояли, висели ее фотографии, где она и одна, и вместе с доченькой и мужем. Настоящий музей или алтарь. От горя, похоже, Кирилл тронулся умом и выглядел, как не от мира сего. Ленка заговорила:
- Ну, как наследство делить будем, зятек? Вон какой у вас домище! Мебель дорогая, фиалок одних только на миллион (Аня выращивала редкие сортовые фиалки на продажу, это был ее бизнес).Тут и моя доля имеется.
Кирилл покраснел, затрясся, молча, открыл дверь и вытолкнул тещу вон. Ленка испугалась не на шутку и решила больше не соваться к нему. Пока.
- Да по нему психушка плачет! Убьет, и ничего ему не будет. А я не тороплюсь на тот свет, - думала Елена Леонардовна, закрывая калитку дочкиного дома.