Начало истории здесь.
Откликнулся молоденький парень и занял моё место.
Я пыталась восстановить дыхание, максимально сплюнуть всё что можно и прополоскать рот водой.
Девушка в телефоне водителя нашла два последних входящих звонка.
Первый абонент-Мамочка, второй -имя какого-то мужчины.
Не много подумав, мы решили, что Мамочке водителя звонить точно не стоит, потому как ей под 90 лет, не меньше, а новости у нас ужасные.
Позвонила девушка второму абоненту, сказала что случилось, и человек обещал прибыть через 10 минут.
Оказалось, что они вот только расстались, ничто не предвещало и метрах в пятистах находятся их соседствующие гаражи, где они встречались по делам.
Мужчина знал, где живёт водитель, его жену и дочь. Ключи от машины медик отдал этому мужчине, а девушка отдала телефон.
Парень, который меня подменил, тоже выдохся и мне пришлось продолжить. Больше желающих не было.
Только медик, крепкий орешек, не просил помощи.
От его действий рубашка водителя постепенно растегивалась и мы увидели огромный шрам проходящий посередине груди сверху вниз.
- Операция на сердце была, - сказал мужчина. - Шрам старый.
Где-то вдали мы услышали звук сирены. Наконец-то...
Мне казалось, что прошла самая вечная вечность из всех возможных, но часы показывали 17.26
Пробки на этой улице были уже в обе стороны до бесконечности и скорая не могла подъехать.
Один из троих полицейских пошёл в сторону сирены.
В 17.38 скорая остановилась около нас, окончательно перегородив движение. Скорая самая обычная.
Мы поднялись с колен, ни о какой дальнейшей реанимации даже речи не было. Врач констатировал смерть. Слишком много прошло времени.
Оказывается машины скорой помощи делятся на три класса: А, В и С. От класса зависит назначение и требования к набору необходимого медицинского оборудования.
В нашем случае был необходим класс С, желтенькая машинка, так называемый реанимобиль. У них есть дефибриллятор и привлечена специальная бригада для реанимационных мероприятий.
И вот на этом месте в подсознании всплыл женский голосок с фразой про "человеку плохо". Что заказывали, то и приехало...
Я поймала очень жесткое разочарование, крах надежды.
Всё было напрасно.
Даже мокрота бы отошла на 150-ый план, если бы...
Но, если бы не случилось.
Я подняла куртку и пошла в сторону детского сада.
Накрапывал дождь, машины растянулись на приличное расстояние, водители не понимали, что происходит и выходили из машин посмотреть.
Я шла и мое сердце тоже накрапывало.
В течение недели ловила себя на мысли, что бесконечно полощу рот и полностью улетучился аппетит.
Было очевидно, что мокрота не во рту, а в мозгу, но оттуда её достать гораздо сложнее...
P.S. Летом 2023, когда до рака было ещё полгода ( это я о диагнозе, а не о наличии) и более правдопободным, но требующим верификации, был туберкулёз, то я вспомнила про этот случай.
Правда не сразу.
В первый визит к фтизиатру я категорически отрицала любые контакты с больными туберкулезом и считала, что результат моей гистологии какое-то недоразумение, нелепость, ошибка...
Пытаясь меня успокоить, она сказала, что у меня скорее всего закрытая форма туберкулёза, это сейчас прекрасно лечится и меня можно отправить на длительный срок в специальный санаторий.
- Какой, блин, на фиг, санаторий??? Я в принципе не хочу ни в какой санаторий!!!! Тем более в туберкулезный!!! - орало мое внутреннее Я.
Если бы можно было вручить медаль "За Успокоение", я знаю на 1000 процентов чья она...
И вот примерно в 3-ий или 4-ый визит я решила поделиться с ней, внезапно озарившим меня, инсайтом.
Мы ехали в поликлинику и мысленно я уже паковала чемоданы в горный санаторий где-нибудь под Пятигорском.
Чемоданы пришлось разобрать.
Врач сказала, что прошёл слишком большой промежуток времени, туберкулёз дал бы о себе знать раньше.
Сделав Диаскинтест, сдав три анализа мокроты, пересмотрев стекла в НИИ фтизиатрии и пульмонологии, туберкулёз был исключён.