Сегодня такая тема. Тоже не очень весёлая. Любят мои комментаторы писать: "У вас всё потому так плохо, что вы диагноз сына не приняли."
Не плохо у нас. Нормально, терпимо. Плохо было в подростковом возрасте Серафима. А сейчас тишь да гладь.
И диагноз я приняла, но не смирилась. Всё ещё хочу сделать из сына нормального человека.
Думаю на тему, каким бы он был, если бы...
С одной стороны смешно, конечно. Чего тут думать? Человек, который ни дня своей жизни не был нормальным, уже никогда им не станет.
А с другой...нам ведь удалось многое: в автобусе себя ведёт как нормальный человек. И в магазине. Спокойно ходит по улицам, не привлекает к себе внимания.
По ночам не 0рёт, не буянит. Соседи спят спокойно.
Значит, и многое другое возможно, о чём раньше даже не мечталось.
Нет, есть, конечно, какая-то черта, выше которой уже не прыгнешь. Но пока она не достигнута. И это радует.
К зубному сходил сам, один, смог всё сказать, объяснить, ему почистили кариес. Я об этом писала.
Потихонечку расширяем границы возможностей. Находим новые маршруты, по которым Серафим ходит без меня, выполняет задания.
Так, глядишь и доберёмся до самостоятельного передвижения на общественном транспорте. Давно бы уже добрались. Но мой страх мешает.
Так что ещё рано ещё думать о полной недееспособности. Но можно подумать о частичной. Не сейчас, чуть позже. Всё-таки недвижимость после нас останется и много ещё всего.
Интересно, что когда мы с мужем начинаем об этом говорить, он уходит в полное отрицание проблемы.
Вот уж кто не принял диагноз, так это он. Говорю: "Слушай, у меня тут "старость, возраст дожития", мало ли что."
Ну это я, конечно в шутку. Какая старость!
Хотя о конце жизни в любом возрасте нужно думать. Всё может случится внезапно. Ну вот я и говорю: "Вдруг копытца откину. Что делать будешь?"
Муж в ответ: "Заберу его на стройку, будет со мной в бригаде кирпичи таскать."
А я ему: "А если и ты вдруг того? И бабушка. Серафим ведь совсем один останется. Как он жить будет?"
А муж мой: "Ну так и будет жить. Он к тому возрасту уже повзрослеет и поумнеет."
Я: "Так нужно учить его. Делать так, чтобы он повзрослел и поумнел."
А в ответ: "Он взрослый человек. Пусть сам всему учится."
Вот и поговорили. Жесть, конечно. Ни слова не выдумала. Это реальный диалог, который был на прошлой неделе.
Иногда мне кажется, что Серафим из нас троих сейчас самый нормальный и адекватный.
У меня тут как всегда по весне проблемы. Видимо, возраст, нехватка каких-то гормонов. Опять пригрезилось, что спустя девять месяцев буду гулять с коляской. Но нет. Случайных детей у нас не бывает. Тест как всегда оказался отрицательным.
И я, конечно, обрадовалась, как и год назад. Мне зачем такие проблемы почти на шестом десятке? С этим то не знаю, что делать, как вырастить до сознательного состояния. А если ещё и второй нездоровый, то всё - тушите свет, сушите вёсла. Приплыли.
А потом расстроилась. Чуть-чуть. Подумала, а вдруг был бы шанс на чудо. От чуда бы я точно не отказалась. Но как узнать заранее, что будет, если вдруг...
А муж совсем расстроился. Сказал: "Я уже о дочке размечтался. Давай курить брошу и всё-таки тряхнём стариной."
Я ему: "А вырастить сможешь?"
Он мне: "Ты вырастишь, если что. Или вон Серафим будет потом и за папу и за маму."
Я ничего не сказала. Мысль о ребёнке как промелькнула, так и ушла. Не надо мне этого. У меня вон реборны и прочие товарищи. Животных полный дом. Я уже даже внуков не хочу, не то что детей. Хочу спокойной старости.
А сын ответил, сказал: "Ну что за ерунда? Пошли лучше гулять."
Это он так отреагировал на сообщение, что будет за папу и за маму.
Подумал, наверное, что родители совсем умом повредились. И мать, и отец.
Он то знает, понимает, что ему детей никаких нельзя. Хотя, когда книжки откладывал, пару сказок поставил на полку со словами: "А это я буду читать своим внукам." Шутит, конечно. Он любит так шутить.
Мы вообще весёлые люди, с нами не соскучишься. Так и хочется написать: "Подписывайтесь, ставьте лайки."
Но напишу другое: "Всем хорошего дня и отличного настроения."
З.Ы. И на ребёнка надо смотреть, какой он, есть ли какие-то шансы на нормальную жизнь. У сына, слава Богу, пока есть. С лишением дееспособности подождём. Подумаем об этом чуть позже.