Режиссёр Вуди Аллен наиболее известен своей любовью к джазу, который так органичен в его фильмах, построенных вокруг самокопаний меланхоличного героя, существующего в лабиринте неразрешимых проблем. Особое место в этих картинах занимает город Нью-Йорк, воспетый Алленом в малейших деталях. Так, фильм «Манхэттен» открывается масштабным пейзажем, проходящим перед глазами зрителя под звуки «Рапсодии в стиле блюз» Гершвина: лабиринты запруженных улиц, Эмпайр-стейт-билдинг, Бруклинский мост. Всё в чёрно-белых эстетских тонах. Герой фильма тем временем пытается начать свой рассказ словами: «Он обожал Нью-Йорк. Он поклонялся этому городу. В любое время года город виделся ему черно-белым…»
Но Вуди Аллен не был бы собой, если бы надолго застревал на патетических нотах. Очень часто музыка в его фильмах и, в первую очередь, классика служит контрапунктом какой-нибудь очередной абсурдной ситуации. В том же «Манхэттене» нескладный интеллигент Айзек, не в силах определиться со своими симпатиями (что закономерно приводит его к проблемам), оказывается со своей новой знакомой и ее бывшим бойфрендом на концерте классической музыки. Они пошли туда втроём как современные люди — показать, в том числе друг другу, что они выше условностей. Но под звуки 40-й симфонии Моцарта, ерзая на своих местах, неожиданно осознают всю нелепость ситуации, в которую влипли.
В другом фильме из той же нью-йоркской саги — «Ханна и ее сестры» — покой нарушается, когда один из героев, муж Ханны Эллиот, неожиданно осознаёт, что безумно влюблён в ее сестру Ли. «Я купил трио Моцарта по твоему совету. А продавец показал мне еще одну пластинку», — говорит он своей новой возлюбленной, запуская на проигрывателе Концерт Баха для клавесина. Внутренний голос советует ему действовать, учитывая обстановку, дипломатично. Но видно в клавесинном концерте есть какая-то демоническая сила, потому как он внезапно набрасывается на женщину со словами страсти и вместе с ней падает на проигрыватель. Звуки Баха как атрибут искушения и в дальнейшем будут сопровождать неудачи запутавшегося ловеласа.
В картине Загадочное убийство в Манхэттене классическая музыка, точнее опера, станет пружиной разлада. Несмотря на детективную интригу, фильм посвящён в основном взаимоотношениям между стареющими супругами, растущему непониманию, в котором триггером вдруг явится музыка Вагнера. «Когда я слушаю Вагнера, мне хочется вторгнуться в Польшу», — вскричит взъерошенный Ларри, герой Вуди Аллена, покидая с досадой зал Метрополитен-опера, где дают «Летучего Голландца». Он с трудом уже выносит некоторые пристрастия своей жены.
Итак, буксующие взаимоотношения, несбыточные планы, бесплодные попытки начать все с чистого листа — в ироничном мире Вуди Аллена могло и не быть большой музыки, но он не отказывается от неё — наоборот, играя со смыслами, заставляет служить своим комическим целям.
Манхэттен, Ханна и ее сестры и т. д. Вуди Аллен, 70–80-е годы.