Несмотря на рубашку с короткими рукавами и довольно ветреную ночь, Мейслон не чувствовал холода. Перетаскивание тяжёлых камней на деревянную телегу быстро разогрело его кровь. С четырьмя камнями он к этому времени уже справился, поэтому оставался всего один.
- Мейслон, ты ещё не закончил? – окликнула его Доли. Его одетая в голубую тунику красавица-жена, подойдя к нему, сложила на груди руки. – Что ты здесь делаешь в такой холод? – поёжившись, улыбнулась она. – Дорогой, пойдём ужинать.
Дорогой? Верно. Для этой невинной девушки он был первым мужчиной. Но было кое-что, о чём Доли, наверняка, даже не подозревала – она тоже была для него первой. С момента их обряда прошло уже больше месяца, но он всё ещё не был уверен, сможет ли эта восемнадцатилетняя девушка вынести правду, когда узнает, откуда он на самом деле прибыл.
- Остался ещё один камень, - переведя дыхание, Мейслон продолжил свой путь к телеге, стоявшей от него на расстоянии нескольких метров. Скатывать камни на землю было несложно, а вот поднять их на накренившуюся телегу…
- Для чего тебе понадобились все эти камни? – спросила Доли, наивно захлопав глазами. – Ты собираешься их продать?
Услышав её предположение, он хмыкнул:
- Это для тренировки.
На самом деле, это тоже не было правдой. Изнуряя своё тело, он надеялся, что хотя бы одну ночь сможет провести без этих терзающих душу снов.
- Мне нужно держать мышцы в тонусе, милая.
Последние два слова были ещё одной ложью, которую он заставлял себя произносить изо дня в день. Это был его долг мужа по отношению к жене.
- Всё думаешь о тех бандитах? Они не появлялись уже больше двух месяцев. Любимый, ты преподал им урок, который сложно будет забыть. Но если они вдруг появятся, Храбрые с ними разберутся, не беспокойся.
Он снова хмыкнул. Знала бы она, какими плохими эти парни были бойцами. Он тренировал их уже несколько месяцев, но прогресс был очень посредственным.
- Придут разбойники или нет, я не должен надолго оставлять свои мышцы без дела.
- Если тебе так нужны упражнения, можешь носить меня вместо этих камней, - игриво сказала она.
- Ты слишком лёгкая, - устало улыбнулся он, после чего снова переключил своё внимание на тяжёлый камень.
- Этот камень может подождать, а я больше не могу выносить этот холод, - сказала она, положив свою тонкую руку на его широкое запястье. Хотя её прикосновение было очень нежным, можно даже сказать, едва заметным, его хватило, чтобы нарушить его концентрацию. Камень, выскользнув из рук, рухнул на землю, едва не отдавив ему пальцы ног.
- Чёрт! – воскликнул он. – Вот что ты делаешь?
- Боже! – встревоженно воскликнула девушка, прикрыв руками рот. – Ты в порядке?
- А ты как думаешь? – прорычал он.
Его испуганная жена, поспешно отступив, развернувшись, мгновенно скрылась в доме.
- Чёрт, - прикусив нижнюю губу, пробормотал Мейслон, упёршись обеими руками в валы телеги. – «В чём твоя проблема, Мейслон?» - подумал он. – «Эта бедная девушка не сделала ничего плохого. Она просто пыталась с тобой пофлиртовать».
- Это ты виноват, - прошептал он, обращаясь то ли к себе, то ли к своему внутреннему демону, молчавшему с момента их последней беседы в прошлом году. Но кто бы ещё смог каждую ночь показывать в снах Мейслона лицо Сании?
Нехотя переставляя ноги, Мейслон добрёл до открытой двери своего дома. Сидевшая у маленького обеденного стола Доли, увидев его, обиженно отвернулась. Он должен был как-то с ней примириться… поскольку это тоже был его долг.
- Прости, я не хотел тебя обидеть, - низким голосом сказал он, обняв её за плечи. – Я просто устал и не понимал, что делаю.
- Ты никогда раньше на меня не кричал, - насупилась она, став похожей на обиженного ребёнка.
- Я кричал не на тебя, - улыбнулся Мейслон, нежно взяв её за подбородок. – Я разозлился не на тебя, а на этот дурацкий камень, - затем, принюхавшись, он уставился на стоящий на столе котелок. – Что это у нас тут так вкусно пахнет?
Вздохнув, она попыталась улыбнуться в ответ:
- Картошка тушёная с мясом.
Тем, что ему нравилось больше прекрасной берменской погоды, была стряпня Доли. Приготовленные ею блюда не шли ни в какое сравнение с тем, что он готовил во времена своих бесконечных скитаний.
Подняв крышку, Мейслон, прежде чем зачерпнуть еду ложкой, долго смотрел на приправленный красным соусом картофель. Затем, голодный, как лев, он за несколько минут съел половину содержимого.
- А ты почему не ешь? – посмотрел он на сидящую напротив жену.
- Я не голодна. Просто хотела убедиться, что тебе понравиться приготовленный мной ужин, - её мягкий тон ещё больше усугубил его чувство вины.
- Мне очень нравиться, - искренне ответил он.
- Хочешь сказать, ужин нравиться тебе больше, чем я? – хитро прищурилась девушка.
- Нет ничего, что я бы любил больше тебя, - снова солгал он, но что ещё он мог сказать?
- Я буду ждать тебя внутри. Приводи себя в порядок и присоединяйся ко мне в постели. Или ты ещё не закончил возиться с этим твоим камнем?
Мейслон знал, что ответив нет, очень сильно расстроит свою молодую жену, поэтому вынужден был сказать совсем не то, что хотелось:
- Я закончил с камнем. Сейчас обмоюсь и я весь твой, - подмигнул он девушке.
- Тогда я сейчас де приготовлю тебе ванну, - заулыбалась она.
Наличие ванны в доме не было для их деревни обычным делом, но Мейслон был достаточно богат, чтобы позволить себе эту роскошь.
Вскоре Доли позвала его в купальню. Стянув с себя бриджи и тунику, он охотно залез в наполненную водой ванну. По его телу разлилось приятное тепло, успокаивая гудящие от усталости ноги. Мягкие руки Доли отозвались трепетом в его сердце.
- Голову снова мою я? – спросила она.
- Если тебе не трудно, - выдохнул он, слишком расслабленный, чтобы что-то делать. – И помедленнее.
После этого он закрыл глаза, наслаждаясь ласковыми касаниями Доли и тёплой воды.
- Ещё медленнее, - прошептал он в тот момент, когда его сознание практически уплыло за пределы этого мира. Всё вокруг стало чёрным. Ему нравился чёрный цвет, позволяющий хотя бы на время освободить разум.
- Правда ли, что в Мюрасене для ванн используют воду с жасмином, - ворвался в образовавшийся в его мыслях чёрный вакуум голос Доли.
При слове Мюрасен перед его внутренним взором снова возникло лицо, которое он так хотел забыть. Светлокожее, освещённое весёлой улыбкой, с русыми, рассыпавшимися по плечам, волосами.
- Понятия не имею, - отрывисто буркнул он, надеясь, что его тон отобьёт у неё желание задавать новые вопросы.
- Но ты ведь пробыл в Мюрасене целый год! Как ты можешь не знать?
- Я был наёмником, Доли, - он никогда не рассказывал жене слишком много о своей прежней жизни. – Я никогда не жил в городе. Точнее, у меня вообще там не было дома, - сказал он, опустив то, что единственным местом в Кахоре, который он считал не то, чтобы своим домов, а скорее, своим пристанищем, был дом Бумара.
- Больше никаких скитаний, любовь моя, - сказала она, пальчиками погладив его по плечам. – Теперь ты мой, навсегда.
«Навсегда? Как же…» - к сожалению, он совсем не был уверен в том, как долго это продлится.
- Значит, ты оставил жизнь наёмника, чтобы остепениться? – продолжила расспрашивать Доли.
- Да.
- Тогда, почему ты не остался в Мюрасене?
«Хватит, Доли!» - Мейслон изо всех сил старался сдерживаться.
- Чтобы встретиться с тобой, любовь моя.
- Мейслон, ну серьёзно! Что может заставить человека проехать сотни миль, чтобы начать новую жизнь?
- Не знаю, - терпение Мейслона было на исходе. – А ты как думаешь?
- Почему ты так реагируешь? Разве это плохо, что я спрашиваю?
Мейслон вздохнул.
- Мы тратим прекрасную ночь на пустую болтовню, - улыбнувшись, он, взяв её руки в свои, поднёс их к губам. – Почему бы нам не продолжить разговор в постели?
- Не понимаю. Почему ты скрываешь от меня своё прошлое? – отняв руки, нахмурилась она.
- Я ничего не скрываю.
- Ты скрываешь всё, что касается твоего прошлого. Я могла принять это, когда мы не были мужем и женой, но сейчас…
- Почему тебя так волнует моё прошлое? Главное, что сейчас я здесь, с тобой, - не выдержал он.
- Меня бы не волновало твоё прошлое, если бы оно не влияло на наше будущее!
- Влияет на наше будущее? – удивился Мейслон. – И как, позволь узнать?
Прислонившись спиной к стене, Доли некоторое время смотрела в потолок, прежде чем снова посмотреть на него.
- Я не знаю, как это сформулировать, Мейслон. С самого первого дня нашей встречи я никогда не чувствовала, что тебе интересно со мной разговаривать. Я всегда спрашиваю, а ты отрывисто отвечаешь, а иногда и вовсе отмалчиваешься. Ты редко заводишь со мной разговор, а если всё-таки это делаешь, все твои слова сводятся к постели.
Ну вот, терпение невинной девушки, наконец, закончилось. Мейслон знал, что это когда-нибудь случиться, но не думал, что так скоро.
- А может, я просто не слишком разговорчивый человек? – сказал он.
- Не думаю, что причина в этом. Я вижу, хотя твоё тело здесь, рядом со мной, мыслями ты находишься совсем в другом месте, - вздохнула она. – Возможно, ты тоскуешь о своей мюрасенской жизни, о которой я ничего не знаю.
Выбравшись из ванны, Мейслон взял кусок чистой ткани, чтобы вытереть тело.
- Поверь мне, Доли. В моём прошлом нет ничего достойного упоминания.
- И ты думаешь, что после этого я должна была почувствовать себя хорошо?
Он понял, что снова её обидел после того, как она, хлопнув дверью, покинула комнату.
«Чёрт! Что я снова сказал не так?»
Отбросив кусок мокрой ткани, Мейслон надел сухую тунику и бриджи. Когда он вышел, Доли в гостиной уже не было. Встав у двери их спальни, он увидел, что она, укрывшись шерстяным одеялом, притворяется спящей.
Он должен был что-то сказать, чтобы с ней примириться. Но что он мог ей сказать? Что сделал ей предложение, надеясь, что этот брак поможет ему преодолеть поселившуюся в душе боль? Что он никогда не сможет полюбить её так, как любил Санию?
«Что же ты наделал», - подумал Мейслон, выходя из спальни, а затем и из дома. Все, чего он искал, был душевный покой, но всем, что нашёл, было ещё большее беспокойство. Вместо того чтобы разрушить одну жизнь, он теперь разрушает две.
Посмотрев на лежащий рядом с телегой камень, он покачал головой. У него больше не было желания этим заниматься, особенно после того, как он принял ванну. Поэтому он направился к столбу, где был привязан его чёрный жеребец.
- Не спишь? – погладил он его длинную шею. Жеребец в ответ тихонько заржал. – Да, я должен был в это время спать, но немного поссорился с Доли. Видишь ли, друг мой, брак не настолько простое дело, как можно подумать. Ты должен быть осторожен, когда смотришь в сторону кобылы Смита. Понял?
Его конь, сейчас, был занят кучей лежащей перед ним травы. Оставив его в покое, Мейслон осмотрелся. Его глаза всё так же хорошо видели в темноте.
В этот момент он услышал чьи-то торопливые шаги. Кто-то бежал трусцой к его дому. Его меч находился в доме, поэтому идти за ним было уже поздно.
- Бэн? – узнал Мейслон высокую фигуру. Этот парень для своего возраста был очень хорошо сложен.
- Мейслон? Слава Богу, ты ещё не спишь, - подойдя ближе, пропыхтел Бэн.
- Что-то случилось?
- В лесу убили девушку, - выдохнув, сказал Бэн. – Надеюсь, ты не против, ещё раз призвать Демона?
* * *
Мейслон остановил лошадь после того, как они с Мейслоном проехали километр по лесу. Несколько Храбрых держали факелы, стоя над телом мёртвой девушки. Неподалёку от тела, рядом с ещё одной девушкой, к счастью живой, сидел Мэт.
Спешившись, Бэн с Мейслоном оставили коней одному из парней.
- Кто эти девушки? – спросил Мейслон.
- Эта - двоюродная сестра Мэта, - ответил Бэн, кивнув в направлении черноволосой девушки, которую сейчас успокаивал последний.
- И что могло привести двух молодых девушек в такой час в лес? – покачал головой Мейслон, осматривая обнажённое тело покойной. – Это точно было не ограбление, - сказал он, заметив на руке жертвы серебряный браслет. – Похоже, у нас в округе появились свиньи, таким изуверским способом утоляющие свою похоть.
- Боже! – пробормотал Бэн. – Пусть они тысячу раз горят в аду!
- Достаточно будет и одного, - сказал Мейслон, осматриваю рану на животе девушки, которая, судя по размеру пореза, была нанесена мечом.
- Будем надеяться, вторая девушка прольёт нам свет на произошедшее, - сказал он, подойдя к Мэту, смерившему его холодным взглядом.
- Бэн, не нужно было его звать, - упрекнул друга Мэн. – И без него бы разобрались.
- Нам нужно как-то найти совершившего это варвара, - начал оправдываться Бэн.
Мейслон не понимал, чем заслужил неприязнь этого парня, но прекрасно знал, чем последний не нравился ему самому.
- Опять пил во время дежурства? – скривился он, услышав исходящий от Мэта перегар.
- Не твоё дело, - огрызнулся парень.
- Конечно же, моё. Ты даже не в состоянии отличить друга от врага – в прошлый раз едва меня не пристрелил.
- А ты уверен, что это было случайностью? – посмотрел на него Мэт.
- Мэт, хватит, - встал между ними Бэн, после чего схватил друга за руку. – Пойдём, пройдёмся.
Резко оттолкнув руку Бэна, Мэт пошёл прочь.
После того, как его силуэт скрылся в темноте, Мейслон посмотрел на плачущую девушку.
- С тобой всё будет в порядке, - успокаивающе погладил он её по руке. – Пожалуйста, расскажи мне, что произошло. Помоги нам найти этих тварей.
- Они не должны были её убивать, - всхлипнув, сказала девушка. – Мы не сделали ничего плохого не им, ни кому бы то ни было ещё.
- Клянусь, я прикончу этих собак, когда найду, - пообещал Мейслон. – Ты видела, куда они ушли? Помнишь, как они выглядели?
Девушка всё ещё была шокирована. Чтобы её разговорить, требовалось проявить терпение.
- Послушай, - Мейслон осторожно приподнял ее подбородок, чтобы она посмотрела ему в глаза. - Я знаю, что последние несколько часов был для тебя очень тяжёлыми, но мне нужна твоя помощь, чтобы отомстить за твою подругу. Не могла бы ты взять себя в руки и ответить на несколько моих вопросов.
Когда она молча кивнула, он продолжил:
- Хорошо. Они напали на вас здесь? Или в другом месте?
Она огляделась, прежде чем ответить:
- Мы находились восточнее деревни, когда эти двое нас перехватили.
- В какое время это произошло?
- Перед закатом. Мы спешили, поскольку хотели вернуться домой до темноты.
- Значит, нападение произошло несколько часов назад, - понял он и скорее всего, эти нелюди были уже далеко. - Ты помнишь, они были пешими или конными?
- Нет. Они преследовали нас пешком, вернее её. Не знаю, как так получилось, но в какой-то момент я внезапно поняла, что бегу одна, - сказав это, девушка прикусила нижнюю губу. - Я была так напугана, что не звала подругу - боялась, что они...
Слезы заглушили её голос.
- Тебя найдут, - закончил за неё Мейслон.
- Я не должна была её оставлять... - она снова начала плакать.
- Никто не будет тебя за это винить, - похлопал он её по плечу, пытаясь подбодрить. – У меня остался последний вопрос. Помнишь ли ты, как они выглядели? Или во что были одеты?
- Они были в кольчугах, - ответила девушка. – У одного были густые усы. Это все, что я помню.
- Мы их найдём, - пообещал Мейслон. – Пойдём.
Взяв потрясённую девушку за руку, Мейслон помог ей подняться. Затем подвёл к Бэну.
- Проследи, чтобы она благополучно вернулась домой, - приказал он высокому парню. – А я отвезу в деревню тело.
Взяв девушку за руку, Бэн велел остальным парням следовать за ним.
- А что насчёт бандитов? – посмотрел он на Мейслона.
- Предоставь это мне, - ответил последний. - Очевидно, на этот раз мы столкнулись не с разбойниками.