Я сидел за компьютером и играл. Ах да, забыл представиться, меня зовут Павел, шестнадцати лет от роду. Не люблю учиться и мыть посуду, люблю чипсы и играть в компьютер. А еще я люблю маму, а папу я и не знал, так получилось. В общем, обычный школьник. Сижу, никого не трогаю и занимаюсь любимым делом. Играю. Тут в кармане завибрировал телефон. Звонила мама и попросила купить хлеба, так как задерживается на работе. Конечно лень отрываться от любимой игры, но делать нечего, пришлось идти, а то хлеба и правда нет. В ближайшем магазине продавщица как-то неловко пошутила, мол я весь хлеб уже скупил. Глупость какая.
Зайдя в квартиру, я заметил, что мамина обувь стоит в коридоре. Ура, значит она вернулась и скоро меня ждет вкусный ужин. Не зря хлеб покупал. Я разулся и прошел домой. Было темно, нигде не горел свет и пахло хлебной плесенью. Такой специфический запах. Я поставил хлеб на стол и прошел в комнату матери. Она лежала на кровати, вся в крови.
Я сразу же вызвал скорую и полицию.
Криминалист сказал, что умерла она два дня назад. Я стоял в коридоре, мысли отсутствовали в голове. Ноги мои дрожали и меня услужливо придерживал один из полицейских. Я словно был под водой. Кто мог такое сотворить? Будто из далека я услышал разговор полицейского и какого-то врача. Их слова меня заинтересовали и я невольно стал слушать:
- Понимаю, что вы с подобным не сталкиваетесь, но в моей врачебной деятельности такие случаи не редкость, - важно и поучительно говорил человек в белом халате. - Очень часто люди, с выявленной тяжелой формой шизофрении, зацикливаются на однотипных действиях. Раз за разом, делая одно и то же. Обратите внимание, сколько ножевых у женщины, причем многие нанесены уже после смерти.
Я стоял и напрягал память в попытках вспомнить среди своих родных или знакомых больных шизофренией. Внезапно в кармане завибрировал телефон. Я по инерции принял вызов и прислонил телефон к уху:
- Солнышко, купи хлеба, - из динамика я услышал уставший голос своей любимой мамочки, - я на работе задержусь.
- Куплю, мамуль - пришлось согласиться мне, а то хлеб кончился.
- Предыдущая история