День, чтобы задуматься о памяти и истории. Истории страны, истории отдельного человека. О прошлом, о его влиянии на будущее и настоящее. И о том, как с ним быть.
Наша история как индивидуальная, так и коллективная, не может не влиять на нас. Я такой, какой я есть, не просто потому что я есть. А потому что я уже какое-то время был и что-то со мной происходило. Влияло на меня. Очень по-разному. Учило, укрепляло, показывало как надо и не надо, закладывало фундамент чего-то или просто бросало семечки, в надежде, что они прорастут… Что-то со мной случалось. И оно формировало меня. Оставляло следы, давало ресурсы, деформировало, чинило. Новый день — новый я? В чем-то — может быть. Но отменить свою историю вряд ли получится.
А ещё что-то и кто-то влияли на тех, кто влиял на меня. А кто-то и что-то когда-то влияли и на них. И так поколение за поколением… Есть такое понятие — трансгенерационная травма. То есть травма, передающаяся через поколения. В моем доме всегда был хлеб, но выкидывать его мне почти физически больно. Потому что прабабушка собирала со скатерти каждую крошку. И тут не только потому что я помню эту картину. И даже не потому что прабабушка и бабушка говорили, что хлеб выбрасывать — грех. Ещё и потому что эмпатически, я понимала, переживала, с какой важностью и трепетом, и страхом об этом говорится. Отложилось, передалось и отголоском будет передаваться дальше.
Лишь один небольшой пример. Пример того, как события 79-летней давности, отражаются на жизни человека, почти не жившего в двадцатом веке. А сколько разных событий общественных и индивидуальных случилось со мной и с людьми, влияющими на меня за все-все время?.. Вряд ли можно сосчитать. Да и не нужно. Нет идеи, что все причинно-следственные связи должны быть деконструированы и познаны. Однако прошлое проявляется в настоящем. Тогда не помня, не смотря в прошлое, мы лишаем себя шанса понять, что с нами происходит сейчас. Что могло сделать нас такими, какие мы есть. У этой темы много аспектов. Можно приводить разные примеры, рассуждать... Для этого ещё будет время. Наверно, важное тут для меня, что прошлое - наша часть. Даже если смотреть в него непросто. По разным причинам: непереносимо больно, стыдно, сталкивает с несправедливостью... Отрицая, не смотря на прошлое, не желая видеть его, мы отказываемся смотреть на часть себя. Это лишает многого. Возможности менять себя, возможности понимать себя, возможности видеть в прошлом ответы на свои вопросы, возможности черпать там поддержку...
А еще важно горевать. Важно увидеть действительность, признать её. Даже когда она невероятно болезнена, несправедлива и вызывает только мысли "Так не должно быть. Так не может быть". В этом нам хорошо помогают ритуалы. Они как будто дают силы набраться смелости и взглянуть на то, на что смотреть больно, признать его случившимся...
Сейчас многое смешалось. Память об одних событиях почти неразрывно ассоциируется с другими событиями. Что порой вызывает лишь желание отвернуться и не смотреть в эту сторону вообще. Но если мне важно помнить, хоть об этом иногда непросто не забывать, я могу помнить об этом так, как считаю нужным. Помнить о том, о чем считаю нужным. О человечности и человеческой силе, о недопустимости страданий (или хотя бы о том, как важно стремиться допускать их как можно меньше), о том, что важно почтить память о тех, чья жизнь была разрушена, оборвана, о тех, кто был лишен счастья и возможности быть с близкими, какие бы смыслы сейчас ни придавались этим событиям… Я могу помнить об этом, могу опираться на это, думая, что люди, погибшие тогда вряд ли хотели такого будущего своей стране. Вряд ли могли представить себе настоящее таким, какое оно есть. Но оно таково. И помня об этих людях, я могу продолжать делать что-то, что в моих силах, чтобы никогда снова…
Может быть, именно помнить — это то, что точно в моих силах. Помнить, даже если неловко и больно смотреть на плакаты. Помнить, даже если смысл кажется потерянным. Помнить о милосердии к людям, страдавшим и страдающим не по своей вине. Помнить о том, что важно для меня.