Всем доброго времени суток! Сегодня у нас трагическая история Марины Топчий. Мы начинаем.
Начало
В 2006 году Марине только-только исполнилось 20 лет. Она сдала на обмен паспорт, оканчивала институт, собиралась ехать к родителям жениха знакомиться, гордо носила родителям свою первую зарплату... В тот вечер как раз возвращалась с работы. Первая камера наблюдения у выхода засняла, как девушка пошла в сторону дома. На этой пленке мама видела Марину в последний раз.
- Мы поняли, что-то случилось, уже через час после ее похищения, - рассказывает Светлана. - Она вышла с работы в 21.15, до дома - 500 метров, а в 22.08 ее все еще не было, и телефон был отключен. Марина всегда предупреждала нас, если задерживалась или шла в гости. На этот раз она просто исчезла, и мы начали паниковать.
Наутро родители бросились в милицию с заявлением, но там возбуждать дело о похищении отказались.
- Да вы что! - усмехнулся следователь. - Моя сестра на месяц так «пропала», и ничего, заявилась потом живая. Молодежь...
Разговоры об обязательности и пунктуальности Марины милиционеров только развеселили. Так что расследование Светлана и Юрий начали сами. Первым делом пошли к Марине на работу, но там никто ничего не знал. Посмотрели записи видеокамер наружного наблюдения. Выяснили, что пропала девушка в нескольких метрах от выхода, не дойдя до второй камеры. Видимо, затолкали в машину.
Пошли звонки...
- Мы не стали класть трубку и позвонили по сотовому в РОВД Новокузнецка с просьбой определить телефон, - вспоминает отец. - Час определяли. Наконец дали какой-то московский номер, сказали, что разберутся, и все заглохло. Начались выходные.
Доблестная милиция отдыхала. А квартиру Топчий сотрясали звонки с «того света».
Их было десять. Десять раз ист*рзанная девочка выкрадывала у судьбы шансы на спасение. Десять раз материнское сердце взрывалось, услышав мольбу явно умирающей дочери. Десять раз за трое суток милиция могла спасти от мучительной смерти человека.
Нет, не десять - одиннадцать, месяц спустя в ходе следственных мероприятий в ларьке на местном вокзале нашли Маринин сотовый телефон. Преступники сдали его на следующий день после похищения девушки. Продавец тогда проверял телефон, включал его. И если бы оперативники поставили «личный код» аппарата в розыск, он бы засветился еще тогда, когда Марина была жива и ее еще можно было спасти.
Но мобильник в розыске не значился, Марину не считали похищенной и не торопились искать.
Борьба преступников и родственников
Торопились только родители. За время тех страшных первых выходных они обегали все морги и больницы. А в воскресенье уже самостоятельно подали заявку на телефонный узел, пытаясь выяснить, все ли звонки поступили из Москвы, как сказали в милиции. Знакомые посодействовали, и вечером в воскресенье выяснилось, что московский номер был ошибочным. Все десять звонков были с новокузнецкой квартиры на улице Кирова.
- В отчаянии, понимая, что никто нам помогать не хочет, я схватил охотничье ружье и с друзьями поехал по выданному на телефонной станции адресу, - вздыхает отец. - Подъезд был закрыт. По домофону нам ответил мужчина с кавказским акцентом. В квартире их было несколько. Один наблюдал за нами из окна, второй говорил по домофону. Открывать они нам отказались. Потом мы почти два часа вели переговоры по телефону. Я просил отдать дочь и даже предлагал выкуп. Они отвечали уклончиво - ни «да», ни «нет». Я стал угр*жать, и тогда один из них высунулся в окно и крикнул: «Не уйдешь - гранату кинем». И тут хором подъехали две машины: милиция и пожилой кавказец с женщинами, назвавшийся отцом парней из той квартиры, куда мы звонили. Я просил милиционеров сразу же осмотреть квартиру, просил позвонить на телефонный узел и получить доказательства, что именно из этой квартиры звонила моя дочь, но меня не слушали...
Квартиру никто осматривать не стал. Но и ее обитателей по фамилии Магмудян, и Юрия Топчий задержали и отвезли в отделение. Всех Магмудянов отпустили сразу же, Юрия - через полтора часа, изъяв оружие. На следующий день по настоянию родителей Марины оперативник из Центрального РОВД запросил официальную бумагу с телефонной станции, подтверждающую, что пропавшая девушка звонила именно с телефона, зарегистрированного в квартире Магмудянов. И техник ГТС подтвердил, что никаких посторонних подключений к их квартире не было. Вот только звонки прекратились. То ли Марина окончательно обессилела, то ли стала создавать слишком много «проблем» своим мучителям...
А обыска в той квартире так и не провели. Только три недели спустя, когда отчаявшийся отец Марины написал в ФСБ, что в этой квартире готовится террористический акт, ее поверхностно осмотрели. Но следов девушки там не нашли.
- Я сама к ним ходила, - всхлипывает Светлана. - Не хотела верить, что дочери уже нет.
Долго тогда стояла осиротевшая мама на коленях перед двойной бронированной дверью. Умоляла отдать девочку, плакала, с надеждой заглядывала в глазок камеры наблюдения. Открыли женщины. Пустили, но только на порог:
- Что ты, милая, никого у нас нет и не было! А телефон... Может, ребенок случайно кнопку какую нажал?
- Да ведь тогда дома были только ваши сыновья с друзьями... И голос ее!
- Мы мирные люди! Иди с богом.
Ее нашли...
Марину нашли случайно. Не всю - половину. Нижнюю. За городом в шлаковом отвале ковш экскаватора случайно зацепил нечто, завернутое в тряпку. Так и опознавали это нечто изн*силованное, ист*рзанное, пропитанное н*рк*тиками и обр*бленное топором по стальной капельке на пупке.
«Даже ноготков на пальчиках не было», - с адской смесью нежности и боли выдыхает мама.
И только тогда, наконец, возбудили уголовное дело, но и то не об убийстве, а по факту исчезновения.
С тех пор срок дела продлевали три раза и даже передали в областную прокуратуру. Обвиняемых в нем по-прежнему нет. Никто так и не смог объяснить родителям Марины тайны предсмертных звонков с телефона Магмудян и почему, зная о похищении девушки с самого начала, ни один милиционер не попытался ее спасти. А Кирилл с друзьями тоже искали что-то, что осталось от Марины и нашли только клок волос.
Так и похоронили Марину - ее нижнюю половину тела.
Это преступление, на мой взгляд, считается вопиющим. Преступники известны, да только их никто под стражу не взял. Да еще и полиция вставила свои пять копеек и не стала искать Марину, когда ее родители и жених подали заявление.
Спасибо всем, кто читал эту историю. Подписывайтесь на мой канал и выразите пожалуйста свое мнение в комментариях, это очень важно. Еще раз спасибо за внимание.