Эвелина негодовала. У мужа начался кризис среднего возраста и он полностью сошёл с ума. Решил что-то доказать всем, а больше всего, наверное, себе. Экстремальные виды спорта, мотоциклы и все остальное, что должно было показать ему и всему миру, что он ещё молод.
«В доме четверо детей, а этот молодун в своём репертуаре. Бессмертный! Может быть застраховать его, хоть деньги в случае чего получу. Почему у меня нет кризиса? Да потому что нет времени на глупости», – Эва стояла перед зеркалом и кричала на него, а точнее на себя. В отражении она видела стареющую бабу с лишними килограммами и седыми волосами на макушке.
«Я тоже хотела быть молодой, красивой, стройной и соблазнительной. И иметь американскую улыбку. И сногсшибательные платья. И обязательно красные когти. И длинные ресницы и очередь из молодых красавцев претендентов на руку и сердце, чтобы потом засмеяться им в лицо. Пока они не достигли кризиса среднего возраста. Что со мной случилось? И когда? Где все мои мечты? В конце концов, никто в здравом уме не строит планы быть вечно беременной и варить кашу по утрам. А ведь у меня диплом с отличием и предлагали место в аспирантуре. А ещё я танцевала. Как бабочка. Я плыла, как птица. Судьи на соревнованиях выставляли самые высокие оценки, а публика отбивала ладоши.
Это была я. Я! Красивая, стройная, длинноногая, обожаемая толпами. Где все это?! В родильном отделении! Именно там я превратилась из бабочки в жирную медленную гусеницу» – Эвелина продолжала диалог с зеркалом.
– Мам, мама! Пить! Мамааааааа!
Крик оторвал Эву от размышлений. Она напоила малыша и позвонила подруге Ане.
– Я больше не могу, понимаешь? Дошло до того, что я просто ненавижу его, его детей, его родителей, его штаны и его дурацкие выдумки.
– Тебе нужен отдых.
– Легко сказать.
Аня задумалась.
– В общем, сделать тоже не сложно,– сказала она через некоторое время. – Просто уезжай на неделю и куда-нибудь подальше от дома.
– А дети?
– Оставь ему детей. Это их отец. В худшем случае они будут немного грязными и голодными.
– А вдруг всё-таки...
– Уронит? Ну, посадят тогда. Немного ответственности ещё никому не повредило.
Эва думала несколько дней. Уехать? Одной? Оставить всех? А, если что-то случится? Кто-нибудь попадёт под машину? Миша не получит на завтрак любимый йогурт, а Милана не найдёт любимую игрушку? Они будут плакать. Но ведь она же не будет этого слышать.
Эвелина открыла поиск и набрала „города в 50 км от Саратова”. Она уже собиралась нажать enter, подумала ещё пару секунд и добавила второй ноль. Пятьсот километров. Отлично, не будет шансов на мгновенное возвращение. Выбрала из списка Воронеж и нашла там себе подходящий СПА отель.
Уже неделю Эвелина купалась в роскоши, вежливости и тишине. Благословенной тишине! Никакой готовки. Никакой стирки. Никаких бесконечных заданий, требований и воплей. И кто-то заправляет её кровать. А, что так можно было? По миру ходят ангелы, которые в их отсутствие заправляют кровати многодетным матерям. Прелестный ресторан, из динамиков журчит джаз. Никаких детей. Они вымерли, как динозавры.
Вечером она зашла в парикмахерскую, надела лучшее платье и отправилась потанцевать.
– Доведёшь мужа, бросит он тебя! – бросила себе в зеркало, поправляя непослушную прядь над лбом. А потом повернулась спиной, взмахнула юбкой и... Это было просто весело! Пятнадцать лет она так не танцевала. Украдкой ловила множество заинтересованных взглядов разных красавчиков. Намного моложе. Что, муж? Ха! Жена развлекается! А ты мой посуду и следи за детьми. Должна же быть какая-то справедливость.
Неделя пролетела и Эвелина вернулась в родные пенаты.
– Мамочка, – ласково прошептал Миша ей на ухо.
– Что, сынок?
– Пока тебя не было папа бегал, кричал и разбил две чашки. А ещё два раза уронил горшок. Знаешь, что, мамочка...
– Что? – Эвелина смотрела через щель в двери на суетящегося на кухне мужа.
– Он скучал по тебе, понимаешь? И я тоже скучал. И Милана. И Лина, и Артур. Не уезжай больше, ладно? Мы будем послушными, мамочка.
– Хорошо, сынок, больше не буду уезжать. Тем более что вы планируете быть послушными. Я не могу пропустить это. А теперь спи.
Муж закончил мыть посуду, а Эва поняла, что нигде не видно его огромного рюкзака защитного цвета, ожидающего сигнала к походу. И подумала, что иногда нужно меняться ролями, чтобы все могли понять, в чем заключается труд матери, которого никогда не замечают. Эта Аня всё-таки очень умная баба.