1 мая 1865 года был подписан Тройственный союз между Аргентиной, Уругваем и Бразильской империей. Скорость, с которой было достигнуто соглашение, заставляет многих историков подозревать, что договор был подготовлен заранее, хотя до сих пор это не доказано.
Но одно дело - договор, и совсем другое - планирование и ведение военной кампании. Союзные армии теперь имели крупный театр военных действий, на котором им предстояло сражаться с парагвайцами. Легко было обещать победы, но никто ещё даже не прикинул, каковы будут их финансовые и политические издержки. О войне вообще пока не мыслили в практических категориях.
…Шли дни. Молниеносного наступления не получалось. Жители города Корриентес начали привыкать к огромной армии, ставшей лагерем в предместье (за счёт прибывающих из Парагвая подкреплений Роблесу удалось собрать 25 000 человек, ещё 9000 солдат готовы были двинуться к реке Уругвай из Энкарнасьона. Загадочная парагвайская логика: основной удар планировался на востоке, но на вспомогательном направлении войск было втрое больше).
Ахиллесовой пятой гуарани была нерешительность генерала Роблеса. Этот «самый старый и самый забытый из генералов войны 64/70 годов» имел очень ограниченный боевой опыт, хотя и был на момент начала войны единственным парагвайским офицером в чине выше полковника – не считая Лопеса, конечно. Под гнетом ответственности Роблес неизменно выбирал самую осторожную тактику. Даже сознавая, что у аргентинцев недостаточно сил для контрнаступления, он терял время в бесконечных рекогносцировках и ожидании подкреплений.
1 мая 1865 г. союзники приняли долгосрочную стратегию.
План предусматривал:
- Сконцентрировать союзные силы близ города Конкордия, провинция Энтре-Риос (напротив Сальто на реке Уругвай).
- Подняться по реке Уругвай.
- Пересечь реку Парана в районе города Ла-Канделария (в современной аргентинской провинции Мисьонес).
- Обойти парагвайскую крепость Умайта (расположенную на левом берегу реки Парагвай, примерно в 80 км к северо-востоку от города Корриентес), блокировавшую фарватер.
- Идти на Асунсьон, столицу Парагвая.
- Отстранить от верховной власти президента Парагвая маршала Франсиско Солано Лопеса.
Кампанию хотели завершить за несколько месяцев.
Пока же на всю провинцию Корриентес имелось меньше пяти тысяч нерегулярных войск. Тысяча кавалеристов из этого числа была отправлена на границу Мисьонес - следить за лагерем Дуарте на ручье Пиндапой. В случае чего, их силами предполагалось остановить возможное парагвайское наступление на восточном фланге. Полковник Симеон Паива прекрасно знал, чего стоят его бравые вояки, и просто старался свести дезертирство к минимуму.
Аналогичные проблемы преследовали корриентцев на западе. Формально под командованием Никанора Касереса находилось аж четыре тысячи ополченцев, но на самом деле это число менялось день ото дня. В аргентинском авангарде не было ни артиллерии, ни тылового или медицинского обеспечения. Не было в частях Касереса также ни дисциплины, ни субординации. Опыт научил генерала не ждать слишком многого от своих людей: солдаты запросто могли отказаться выполнять приказы или вообще уехать домой. Сам он был хитрым старым партизаном, хорошо знавшим, как воевать в местных болотах и пампасах, но он также знал корриентцев и благоразумно старался особо на них не давить. Ветеран всех возможных войн, Касерес спокойно разменивал пространство на время, совершая лишь незначительные вылазки против левого фланга парагвайцев и пресекая попытки Роблеса организовать глубокие разведрейды. Старый лис Касерес ловко ускользал от серьезных боёв, ограничиваясь мелкими засадами и перестрелками. В конце концов, это начало сказываться на моральном духе парагвайцев. Все, конечно понимали, что рано или поздно дойдет и до серьезного дела.
«Рано или поздно» случилось 28 апреля. В этот день «партизаны» Касереса и конный авангард Роблеса столкнулись на берегу Сан-Лоренсо, узкой и незаметной речушки, расположенной примерно посередине между Эмпедрадо и Белла-Виста. Парагвайский генерал выслал вперед 21-й кавалерийский полк - разведать обстановку и угнать весь встреченный скот. Один эскадрон численностью примерно 50 сабель двигался по высокой, в рост человека, траве, когда внезапно обнаружил себя окруженным несколькими сотнями корриентинских всадников. Корриентцы кричали, призывая парагвайцев сдаться. Один офицер, полковник Ферминьо Виола, поспешно направил записку с таким же требованием, угрожая перерезать (deguello) всех парагвайцев в случае отказа. Но… Парагвайский лейтенант Хосе де Хесус Паэс скомандовал «В атаку!», его люди взяли пики наперевес и ринулись на корриентцев. Потеряв четырех убитыми и около дюжины ранеными, парагвайцы ушли к своим. У аргентинцев потерь не было; более того, они смогли отбить целое стадо крупного рогатого скота, угнанного ранее в тот день. Тем не менее, начало оказалось удручающим.
Ко второй неделе мая у Роблеса было уже 25 тысяч человек - гораздо больше, чем теоретически могли собрать аргентинцы. Однако прошел почти месяц, а он так и не продвинулся даже до Эмпедрадо. Касерес мог торжествовать – его кавалерийская завеса эффективно сдерживала целую армию.
Наконец, Роблес назначил дату выхода: на рассвете 11 мая. Вопреки ожиданиям союзников, он пошёл не на юго-восток вдоль берега Параны, а прямо на юг и юго-запад, в самую гущу болот. Этот странный маневр запутал аргентинские дозоры, но его выполнение отняло ещё три дня, тогда как Эмпедрадо при любых раскладах не продержался бы и пары часов.
***
Пока Роблес собирался с духом, его противники не теряли времени даром. 16 апреля 1865 года аргентинское правительство объявило мобилизацию вооруженных сил. За три недели Митре собрал разбросанные по стране контингенты регулярной армии в Буэнос-Айресе, Росарио и Сан-Николас-де-лос-Арройос. На север были переброшены почти все кавалерийские части, несшие службу на южном фронтире. Началось формирование новых подразделений, в центральных провинциях открывались призывные пункты. Губернаторы получили прямой приказ предоставить в распоряжение центрального правительства крупные пехотные контингенты (как и каким образом набирать людей - каждый решал самостоятельно).
18 апреля генерал Паунеро был назначен командующим I корпусом Национальной армии. 24 апреля он погрузил своих людей на аргентинские транспорта "Павон", "Инисиадор" и "Эспигадор" и отплыл из Буэнос-Айреса. Его «армейский корпус» насчитывал… 800 человек, то есть полк неполного состава. По окончании войны из них в Буэнос-Айрес вернулись только 38.
Перед Паунеро была поставлена задача: выиграть время, чтобы дать союзникам собрать силы. Напомним, что против полностью отмобилизованной парагвайской армии у аргентинцев под ружьём находилось около 7 тысяч человек, меньше трех тысяч было в Уругвае, а самая большая группировка – бразильская – насчитывала примерно 17 тысяч. Фактически, Роблес – без резервов – имел столько же войск сколько все его противники вместе взятые. И эти солдаты были прямо здесь и сейчас, в то время как бразильские части еще требовалось доставить из метрополии. Правда, вооружение гуарани было хуже, чем у бразильцев, но вполне сравнимо с остальными армиями Тройственного союза.
Увы! Сил Паунеро, даже вместе с ополченцами Касераса, было явно недостаточно. Он мог наблюдать, отлавливать парагвайские конные разъезды, но не противостоять парагвайцам в открытом бою. Даже для дозорной службы сил едва хватало.
Предполагалось, что впоследствии корпус Паунеро, усиленный вновь создаваемыми частями, поступит под командование генерала Хусто Хосе де Уркисы. Уркиса имел более высокий чин, но в тот момент был занят формированием провинциальной армии Энтре-Риос и Санта-Фе.
2 мая в Белла-Висту пришли бразильские корабли - фрегат "Амазонас", канонерские лодки "Парнаиба" и "Иваи", несколько транспортов. На следующий день туда же прибыл генерал Паунеро со своими войсками. 4 мая Паунеро высадил своих людей и двинулся на Ринкон-де-Сото (в 60 км к югу от Белла-Висты, между Лавалье и Гойей). Там к I корпусу присоединились еще два батальона (один до того нес гарнизонную службу на юге, другой прибыл из Тапальке). Теперь у Паунеро было достаточно сил, чтобы начать разведывательные операции.
10 мая пришло сообщение, что парагвайский авангард вышел из Эмпедрадо и идёт на юг. Паунеро приказал: "Утром 12 мая двинуться по воде, приблизиться к врагу и открыть против него более энергичные военные действия".
Непосредственно перед отплытием из Белла-Висты генерал Паунеро получил от Касереса сведения, что 11 мая парагвайская армия покинула лагерь у ручья Риачуэло и что полковник Альсина (подчиненный Касереса) преследует парагвайцев, уходящих на север, к ручью Пеуахо.
Паунеро почему-то вообразил, что вся армия Роблеса возвращается на парагвайскую территорию. «Врёшь, не уйдёшь!» - решил аргентинец и немедленно отправился к бразильскому командиру дивизиона кораблей капитану 1-го ранга Гоменсоро договариваться о переброске своих войск по реке.
Было решено незамедлительно погрузить все наличные аргентинские войска на бразильские суда и идти в направлении Корриентеса с намерением высадиться как можно выше по течению. «Будем драться, если враг нас ждет, и преследовать его, если он уходит ".
Силы Паунеро в тот момент составляли: 1-й, 2-й и 3-й батальоны линейной пехоты (командиры - пп-к Мануэль Росети, пп-к Адольфо Орма и п-к Игнасио Ривас), пехотный батальон "Военный легион", сформированный из иностранцев на аргентинской службе (пп-к Хуан Баутиста Шарлон), 2-й и 3-я артиллерийские батареи (майоры Хоакин Вьехобуэно и Эстанислао Мальдонес).Кроме них, на судах 3-й бразильской военно-морской дивизии уже находились 9-й батальон бразильской линейной пехоты (к-н Педро Альфонсо Феррейра) и артвзвод из двух десантных гаубиц.
***
…8 мая разведка донесла командующему Парагвайской Дивизией реки Параны генералу Венсеслао Роблесу, что в Белла-Висту прибыли бразильские корабли и аргентинские войска из Буэнос-Айреса. Будучи человеком чрезвычайно осторожным, Роблес приказал своему авангарду отступить, чтобы его нельзя было отрезать от основных сил. Никакого «бегства в Парагвай», так возбудившего Паунеро, не было и в помине.
Два дня спустя Роблес, наконец, отдал приказ об общем наступлении. На тыловой базе в городе Корриентес были оставлены 1500 человек при трех орудиях, а остальные 25 тысяч неспешно двинулись на юг.
Авангарду парагвайской армии под командованием полковника Хосе Марии Агиара досаждала корриентинская партизанщина, с которой ему пришлось вести «бесчисленные мелкие стычки по фронту и на флангах». Корриентцы раз за разом уводили из-под носа зазевавшихся гуарани лошадей, подчас вместе с повозками, нападали на передовые дозоры и отбившихся солдат.
***
14 мая 3-я бразильская военно-морская дивизия Гоменсоро и аргентинские корабли, перевозившие войска генерала Паунеро, прибыли в Эмпедрадо. Здесь Касерес ошарашил командира корпуса известием, что мощная парагвайская армия уже на подступах к городу. Паунеро потребовал от бразильцев немедленно вернуть его войска в Белла-Висту, чтобы произвести высадку в более спокойном месте.
Пока разводили пары и принимали на борт пожелавших эвакуироваться, пока возвращались к Белла-Висте, передовые части Роблеса уже были там.
Ничего не оставалось, как идти к Гойе.
15 мая 1865 года капитан 1-го ранга Баррозу также прибыл в Гойю со своей 2-й имперской военно-морской дивизией; здесь он принял командование объединенной эскадрой, состоящей с этого дня из девяти военных кораблей с 59 орудиями: «Паранаиба», «Арагуари», «Игуатеми», «Меарим», «Жекитиньонья», «Беберибе», «Бельмонте», «Ипиранга» и «Итажаи».
Парагвайцы быстро продвигались: 20 мая их основные силы заняли Белла-Висту, 22-го пересекли реку Санта-Лусия, а 26-го достигли окрестностей Гойи. Предвидя такое развитие событий, генерал Паунеро ещё 19 мая погрузил свои войска обратно на корабли.
Аргентинские транспорты "Павон", "Инисиадор" и "Эспигадор" в сопровождении бразильской эскадры стояли на якоре в русле Параны. В этот момент близ Белла-Висты одновременно сошлись все силы противников: две военно-морские дивизии Имперской эскадры, аргентинские транспорты, перевозившие союзные войска генерала Паунеро, и генерал Роблес с основными силами своей армии.
Паунеро понимал, что погрузки, выгрузки, повторные погрузки и речные перевозки не могут продолжаться бесконечно. Эти маневры выматывали войска, изнашивали корабли, расходовали материалы и припасы, особенно – высококачественный уголь для кораблей, которого было негде взять на месте. Всё это ставило под угрозу выполнение его миссии. Он понимал, что корриентинская кавалерия не в силах остановить Роблеса. Он был уверен, что у Уркисы на сбор войск уйдет несколько недель, поэтому рассчитывать приходилось только на свои немногочисленные силы. Он сознавал, что не получит подкреплений из Буэнос-Айреса в достаточном количестве и в нужное время. Наконец, было очевидно, что бразильская эскадра не в состоянии – по крайней мере, пока, - нарушить речные коммуникации противника.
Приняв всё это в расчёт, генерал Паунеро решил атаковать передовую базу противника в городе Корриентес, нарушить логистику врага и заставить его остановить наступление. Это был шанс, и генерал Паунеро не собирался его упускать.
Casus Belli в Telegram: https://t.me/CasusBelliZen.
Casus Belli в VK: https://vk.com/public218873762
Casus Belli в IG: https://www.instagram.com/casus_belli_dzen/
Casus Belli в FB: https://www.facebook.com/profile.php?id=100020495471957
Делитесь статьей и ставьте "пальцы вверх", если она вам понравилась.Не забывайте подписываться на канал - так вы не пропустите выход нового материала
Ссылка для желающих помочь проекту:https://www.tinkoff.ru/cf/5rFGSRNywy6