Ребята окружили Костю, который лежал на асфальте с обрывками когда-то целого мяча. Рядом с ним стояла машина и испуганный водитель, который пытался привести в чувство мальчугана.
— Мальчик, ты живой?
— Да, — ныл мальчик, схватившись за живот и застонав от боли, — помогите мне подняться.
Испуганный Никита подошёл к сыну и принялся кричать на водителя, но тот и сам был испуган не меньше:
— Я не успел затормозить. Мяч вылетел прямо на дорогу и ударил прямо по передней части машины. Я даже и не заметил, как мальчишка выбежал на дорогу. Пожалейте меня, у меня жена беременная и двое детей. Как они останутся без меня?
— Тебе решать самому, — рассердился Никита, — что стоите? Мальчишки, разойдитесь. Мы сейчас «Скорую» вызовем, — и принялся набирать номер.
Костя попытался подняться, но тут же скорчился от боли. Мальчишка бледнел и явно чувствовал себя нехорошо. Никита тут же принялся обмахивать своего сына, затем звонить на работу, что он сегодня не появится. Нужно было срочно спасать сына. Никита почему-то сильно злился на Катерину. Ему казалось, что, если бы жена сейчас бы была рядом, беды не случилось. Врачи приехали быстро и Никита поехал вместе с сыном в больницу.
Костя держался, но сознание его туманилось. А Никите предстояло долгое и томительное оформление документов и неопределённость в тусклом зелёном коридоре детской больницы, где малыши попадали с различными болезнями и травмами. Больно было смотреть, как юные неокрепшие тела и души вынуждены терпеть страдания. Никите было грустно.
Он с нетерпением ждал, что ему скажут. Неожиданно ему показалось, что в коридоре промелькнула та самая малышка, что разрисовывала стены, но Никита был так подавлен и грустил, что не хотел никому делать замечания и что-то вспоминать.
Вокруг проходили медсёстры, врачи. Никита смотрел тоскливо в глубь коридора, размышляя о том, нужно ли говорить об этом Катерине или нет. Ведь сразу после поступления она принялась подыскивать жильё и ещё некоторое время задерживалась в городе. Общага девушку не устраивала. Катерина привыкла к комфортным условиям, ну и к деятельности тоже. Она намекнула Никите о том, что будет сразу искать работу в городе, чтобы совмещать обучение с деятельностью. Понятно, что родители ей бы и так помогли, но жить за чужой счёт было не для Кати.
— Ну что? – спросил Никита дежурного врача, — как Костя?
— Пока не ясно, — ответил доктор, — посмотрим, что покажет рентген и другие исследования. Придётся подождать. Кстати, вы знаете, что вы не все документы принесли? Вот, посмотрите, что ещё нужно и вот список вещей и медикаментов, которые понадобятся.
— Хорошо, — ответил Никита, — я принесу всё… — и вышел из больницы.
Документы и нужные вещи были дома. Никита ехал очень быстро на машине и переживал потому что не знал, как сказать о случившимся родителям Катерины. Они с самого начала считали Никиту не самым лучшим вариантом для дочери, поэтому, если сообщить им, что случилось с Костей, они бы устроили бурю, а злые слова Никите меньше всего сейчас хотелось слышать. Он спешил и неожиданно заметил у подъезда какого-то мужчину. Он был не молод, держал в руках огромный букет роз, какой-то подарок и что-то спрашивал у управдома.
— Катерина здесь живёт? – спросил он женщину.
— Да, — ответила женщина, — в 77 квартире. А что ей передать? Вы кто?
— Передайте ей цветы, подарок и скажите, что я вернулся. Тут на открытке всё написано, думаю, что она всё поймёт…
— Передам, но учтите, что у неё муж и ребёнок…
— Я в курсе, — ответил мужчина.
Никита раскраснелся и уже хотел выйти из машины, чтобы разобраться с незнакомцем, но поклонник Кати сел в автомобиль и куда-то умчался. Судя по тому, как он выглядел и как был одет, он был состоятельнее Никиты. Очень странно, что он появился так смело тут, да ещё и с цветами.
Забрав коробку у управдомши, Никита поспешил в дом. Он догадывался, что жена ему изменяла, но никаких убедительных доказательств у него не было. Сейчас же Никите было не до разборок и не до ревности. Нужно было спасать сына и достать, наконец-то, что действительно было необходимо мальчику.
Поэтому Никита спешил и спешил к сыну. Ему важно было знать, что происходит и действовать здесь и сейчас. Тем более, что необходимых медикаментов не было в аптеке. Никите пришлось 2 часа проездить по аптекам, чтобы купить то, что было нужно. Он снова доставил всё врачу и ждал в коридоре, что будет дальше.
Врач не мог сказать отцу ничего хорошего. Состояние Кости было непредсказуемо. У мальчика были серьёзные переломы, так что нужно было обязательно рядом с ним оставаться.
Костя не приходил в себя. Глаза Никиты слипались от усталости и он заснул прямо в коридоре. Грусть окутывала его всё сильнее и сильнее.
Только рано утром Никиту разбудил голос врача:
— Мальчик пришёл в сознание, но он спит. Состояние тяжёлое, но стабильное. Есть серьёзные травмы, но вы не переживайте.
— Чем ему помочь, что ему принести?
— На ваше усмотрение, — сказал доктор, — он под присмотром. Думаю, что ему нужно купить фруктов, лёгкой еды. Посмотрим, что будет дальше.
И Никита отправился по магазинам.
Когда он вошёл в палату, было совсем светло. Костя уже полностью пришёл в себя. Он был ещё очень слаб, но потом спросил:
— Папа, а ты моей маленькой сестрёнке тоже принёс подарок?
— Какой сестрёнке?
— Насте, дочке медсестры…
Никита озадаченно посмотрел на сына, затем спросил:
— Тебе, наверное, всё это приснилось. Я люблю твою маму и никакой другой побочной у меня никогда не было и нет…
— А тётя Ангелина говорила с какой-то женщиной, что есть. Она ещё внимательно смотрела на меня, когда я притворился, что заснул, говорила, что у меня глаза такие, как у Никиты, то есть у тебя, а её Настя похожа на неё…
— Как она выглядит? – спросил Никита.
— Она в соседнюю палату зашла, загляни и посмотри на неё, — и снова начал дремать.
Никиту словно облили холодной водой. Он вдруг понял, откуда дует ветер. Выйдя из палаты, он заметил ту самую девочку, которая разрисовывала стены и, похоже, писала угрожающие записки, только на вид ей было не 7 лет, а 11-12. Видимо, тогда в полутемноте и сверху Никита просто не понял, сколько ей лет, раз принял за совсем малолетку. Медсестра отчитывала её за что-то и до Никиты донеслись следующие слова медсестры:
— Перестань это делать, слышишь?
— Тётя, но мне обидно за тебя. Почему он должен жить хорошо, а ты перебиваться с копейки на копейку? Женился непонятно на ком?
— А тебя никто и не просил подбрасывать записки на свадьбе и кидать их в почтовый ящик, да ещё и своих подружек просить это делать. Ещё раз сделаешь, я с тобой вообще разговаривать не буду.
— Ангелина, — сказал Никита, — Ангелина…
И Ангелина посмотрела на Никиту туманным взглядом, словно почти не помнила его. Никите же стало невыносимо совестно. Он отозвал её в сторону и спросил:
— Ты была в шаге от замужества, почему ты сбежала?
Не сразу она произнесла это вслух, но, выслушав её историю, Никита едва не расплакался от досады.
Ангелина смотрел на Никиту, будто видела в первый раз. В её глазах появилось что-то затаённое и другое, чего никогда не было раньше. Она смотрела некоторое время на Никиту, затем сказала:
— Знаешь, я сама испугалась, когда увидела на тесте 2 полоски после наших с тобой зимних встреч. Для меня это тогда был настоящий удар, который деревенской девушке было вынести тяжело.
Испуганный Никита тут же спросил:
— Почему же ты мне ничего об этом не написала?
— Испугалась. Побоялась, что ты бросишь меня, а мои родители, если бы узнали о беременности, ненавидели бы меня и обязательно заставили бы избавиться от ребёнка. Они уже и так постоянно женихов мне подыскивали, чтобы поскорее выдать замуж, но я хотела поступать учиться и поступила. На третьем месяце, когда изменения могли бы уже быть заметны, я просто сбежала к подруге Майи и жила у неё. Карина помогла мне и там меня точно бы никто искать бы не стал. Я не хотела, чтобы мои родители узнали о беременности. Спасибо, подруга Майи оказалась акушеркой и приняла у меня роды, когда было нужно. Так и появилась на свет моя Настенька в разгар ноября. Я поступила, но мне разрешили взять академический отпуск на год. А потом дальше я уже стала медсестрой, училась. Надо же, как раз в это время подруга, у которой я остановилась, родила малыша и смотрела двоих детей, а я училась и работала, помогала, как могла. А потом и устроилась на медсестру.
— А как так получилось с этими со всеми надписями, угрозами?
— Да к Карине, у которой я остановилась, приехала племянница. Мы тогда после занятий прогуливались в парке, я племянница и подруга. Тогда я и увидела вашу свадьбу и не подошла. А малышка написала записку и вам подкинула. Она всегда меня защищала и сочувствовала. Где-то нашла адрес ваш, не знаю кто ей там что сказал. Ну и стала писать записки, разрисовывать стены, хотя я просила её это не делать…
— Я буду помогать вам с Настей, — сказал Никита, — вы же для меня родные люди, которые мне очень сильно нужны…
— А как же твоя жена, сын?
— Не волнуйся, мы живём неплохо. И всё в нашей жизни есть именно так, как мы того действительно хотим, по крайней мере в материальном плане уж точно. Так что не переживай.
Но его интонация стала грустной. В это время на телефоне булькнуло сообщение от жены, что она нашла работу и просит их приехать с сыном. В ответ Никита написал о том, что Костя в больнице, попал под машину. Катерина возмутилась, перезвонила и принялась отчитывать:
— Если бы не ты, то с Костей ничего не случилось бы. Какой ты невнимательный… — и понеслись другие слова, в том числе и ругательства.
Поймав паузу, Никита сказал:
— Не ори на меня, мне и так тяжело…
— Болван ты, на тебя даже ребёнка нельзя оставить. И вообще, у меня есть другой мужчина. Так что я заберу Костю, как поправится себе, а ты выплачивай алименты, если денег хватит, — и кинула трубку.
Никита был раздавлен. Он и так переживал за состояние сына и не раз корил себя, но и в глубине души понимал, что дети есть дети. Мало ли что может случиться. Даже Катерина бы не смогла бы уберечь сына от несчастья.
— Это он к тебе приходил? Такой высокий, с тёмными волосами? Говорил, что он появился… — перезвонил ещё раз ей Никита.
— Нет, — ответила Катерина, — тот, кто приходил, это мой старый поклонник. Не знаю, с чего, но он решил, что я в него влюблена, а мой спонсор совсем другой человек и тут он точно никогда бы не появлялся… Так что я оформляю развод.
Никита был просто в шоке. Ангелина слышала весь этот разговор и тоже молчала. Некоторое время Никита собирался с мыслями, затем сказал:
— Ангелина, прости меня. Ты, конечно, зря всё скрыла, мы бы тебе помогли вместе с родителями. И знаешь, нехорошо скрывать и от своих родителей, что случилось. Они знают, где ты?
Медсестра покачала головой.
Никита сказал ей:
— Во сколько у тебя заканчивается смена сегодня? Мы поедем к тебе. Я хочу видеть дочь.
Ангелина смотрела ему в глаза, внимательно изучая их, как будто не веря Никите. Слишком многое пришлось ей испытать, слишком через многое пройти в своей жизни. Майя и Карина оставались для неё надёжной опорой. Сестра не выдала сестру родителям. Никита… Теперь он появился в её жизни, улыбался и смотрел на неё. И выглядел жалким.
Ангелина посмотрела ему в глаза и сказала:
— После 16 часов. Я думаю, что тебе нужно сейчас пойти поспать. Если я узнаю, как Костя, то я напишу тебе или позвоню. Ты очень устал, на тебе просто лица нет. Я советую тебе отдохнуть, а к 16 часам приеду к тебе. Договорились?
Никита кивнул. Они обменялись телефонами, Никита дал Ангелине свой адрес и попрощавшись отправился домой. Его трясло не только от того, что случилось с Костей, но и от предательства жены.
Он давно уже подозревал, что Катерина эгоистка и что у неё кто-то есть, но не знал, что так цинично она согласилась на отношения с человеком, которого и любимым-то назвать нельзя. Голова ломилась от усталости. Ведь Никите приходилось продумывать неприятный разговор с родителями Катерины.
Грустно вздохнув, Никита отправился домой. Он вымотался из сил и уснул, причём неожиданно, а вечером разбудил его голос тёщи, которая была в квартире и собирала вещи жены.
— Галина Ивановна? Что вы тут делаете?
— Да вот, Катя просила забрать её вещи. Завтра она пришлёт тебе документы о разводе.
— А к сыну она приезжать не собирается? – возмутился Никита.
— А он – это твоя забота, а не её. Катерине надо жизнь устраивать, учиться, найти надёжного человека, а не такого, как ты…
— Что? – возмутился Никита, — да я её муж…
Галина Ивановна посмотрела с усмешкой на Никиту, затем сказала:
— Я терпела тебя только ради Кати и ради внука, а сама давно уже мечтала о том, чтобы Катерина нашла более надёжного человека и лучшего, чем ты есть. Если бы ты был умнее, надёжнее, то тогда бы всё получилось именно так, как надо. А так ты сам виноват в том, что происходит вокруг тебя. Ты не тот человек, который нужен Катерине. Ты посмотри сам, ты во всём мешал развиваться нашей дочери, делать то, что ей действительно хочется и нужно…
— Тогда мы разводимся и я ухожу к другой…
— Да кому ты нужен, — ответила тёща, — со своей любовью и привязанностью.
Никита раскраснелся от обиды и подождав, когда тёща соберёт вещи, стал забирать документы на развод.
К 16 часам позвонила Ангелина сказав, что уже стоит на пороге. Рядом с ней была маленькая девочка, которая была глазами очень сильно похожа на самого Никиту. Он сразу понял, что это его дочь и обнял малышку.
— Как Костя? – спросил он Ангелину.
— Уже лучше, состояние стабильное, но придётся немного подождать. Конечно, придётся некоторое время потерпеть, ну ничего. Он крепкий мальчик, думаю, справиться. Настенька подошла к нему, он апельсин ей протянул, поделился, — сказала Ангелина.
Никита улыбнулся и они все вместе отправились сначала в больницу к Косте, затем в детское кафе, чтобы угостить Настеньку. За молочным коктейлем Никита видел, как Ангелина искренне улыбалась ему и чувствовал, что она ещё любит его, но просто боится. Боится себя, предательства, осуждения тех, кто рядом.
— Мы с тобой обязательно поженимся, как только я разведусь. С Катериной мне всё равно жизни никакой не будет, да ты и сама всё знаешь. Ты согласна?
— Я ждала этого, — дрожащим от волнения голосом сказала Ангелина, вытирая слёзы. Но это уже были слёзы радости, а не горя.
Свадьба была сыграна в апреле, на берегу Чёрного моря, где цвели розовые огромные магнолии. Именно в них фотографировалась мама Насти вместе с малышкой. И даже Костя отправился с ними, несмотря на то что перелом руки ещё не прошёл. Он был искренне рад за отца, считая маму предательницей.
А, когда сестрёнка подарила ему пирожное, которое сама приготовила вместе с мамой, искренне обрадовался под шум волн, а Майя и родители Ангелины искренне радовались, понимая, какую ошибку совершили своим строгим и беспощадным воспитанием по отношению к уже взрослой дочери.
Новая история 27.04 ;)
Интересно ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.