Дом получился большим и красивым. Четырёхскатная, с идеально ровными рёбрами, крыша устремилась в небо словно наконечник гиганского копья. А его двухэтажное древко - стены из кирпича цвета "спелый каштан". О таком колере Вера слышала по телевизору, где рекламировали новые автомобили. Ничего, они скоро тоже купят новую машину. Дом ведь уже достроен.
Не хотелось заселять его старой мебелью - из "малосемейки", в которой жили последние десять лет. С этой мыслью и ехал муж на заработки, на очередную строительную эпопею в столицу. До конца осуществить давнюю мечту об идеальном доме.
Прощались во дворе, перед распахнутыми воротами. Автомобиль нетерпеливо урчал в ожидании хозяина. А тот - загорелый, жилистый, накопивший сил для очередной вылазки за деньгами, мысленно был уже в дороге. А может и на самой стройке, с бригадой местных рукастых парней.
- Ещё немного, душа моя, и остановлюсь, осяду навсегда, - гладил загрубевшей ладонью кудрявые волосы жены. - Вот заработаю на обстановку...
- Поскорее бы, Коля, - заглядывала Вера в обветренное лицо мужа. - Неуютно одной в такой громадине.
- Машина вон тоже... уже старая, - с сожалением скользил Николай взглядом по кормилице и, переведя на жену, продолжил. - И тебя приодеть надо. Обносились за время строительства.
- Так никогда не бросишь свои вылазки, - вздохнула Вера. - Вон, руки в вечных мозолях. Ладно, езжай обниматься со своей бетономешалкой.
Николай хохотнул, осмотрел пакеты с едой, защищённые от тряски тесным союзом с запасом одежды, и энергично хлопнул багажником испуганно вздрогнувшего "Логана".
- Доедешь, позвони, - напомнила Вера, пряча глаза.
Не хотела расстраивать. Картина заплаканной жены - плохой попутчик в дороге.
После жизни в семейном общежитии дом казался Вере молчаливым и чужим.
- Большой, красивый и ... пустой, - сетовала подруга и коллега, Юля. - Собаку заведи, что ли. Я заходила бы чаще. Но ты же понимаешь - мой Петров тот ещё ребёнок. Сидит тогда с детьми в своих компьютерах.
- Думала об этом, - кивнула Вера. - Только стройка все накопления подчистила. А хороший щенок денег стоит...
- Не обязательно породистого. Сходите в приют для животных. Там такого симпатичного можно найти.
Обе осторожно обходили вопрос о детях. С этим у Веры и Николая было печально. Десять лет как женаты, а наследников всё нет. Первые пять лет не хотели, последние пять - не смогли. А обоим уже за тридцать. Врачи в силах лишь посочувствовать. Прикрывая калитку, Юля с жалостью смотрела на ладную фигуру подруги...
В разговоре с мужем по телефону Вера волновалась. Вдруг он против животных в доме. В старой квартире не говорили на эту тему.
- Бери, если хочешь, - услышала сдержанный голос мужа. - На выходные приехать не смогу. Съезди одна, пофотографируй. Пришлёшь на телефон, вместе выберем.
Так и сделала. Уже на следующий день выйдя за городом из автобуса, озабоченно вертела головой в поиске приюта. Прислушивалась. Десятки собак должны были создавать немалый шум. А когда по подсказке прохожего зашла на территорию собачьего обиталища, была удивлена тишиной.
Пахло псиной и продуктами собачьей жизнедеятельности. Из-за решёток молча смотрели собаки. Разного возраста, размера, лохматости. Тихонько повизгивали щенки. Вера вздрогнула, когда сзади неслышно подошла девушка.
- Здравствуйте. Меня зовут Тоня. Ухаживаю здесь за животными.
- Здравствуйте. Я Вера. Как у вас тихо.
- Жители ближайшей деревни жалуются, если шумим. Вот и запрещаем лаять.
- Мы с мужем хотим взять собаку.
- Вам бы вдвоём прийти...
- Он сейчас в отъезде, не сможет вживую посмотреть. Просил пофотографировать. Можно?
- Лучше без вспышки, - покосилась девушка на телефон. - И пускай муж получше выбирает. Чтобы не пришлось потом возвращать.
При последних словах голос девушки дрогнул. Она задержалась возле щенков, а Вера тихонько пошла вдоль вольеров, вглядываясь в грустные собачьи морды. Псы смотрели понимающе. Словно догадывались для чего их фотографируют.
Тоня догнала её в конце вольерного ряда.
- Вы какую хотите?
- Поменьше, наверное. В смысле - размером. Ну, и возрастом...
- Маленьких охотнее берут. Поэтому их у нас меньше. И кобелей чаще берут...
- Ой, не знаю. И мужа не спросила. Всё равно, наверное.
- Давайте, я расскажу о судьбах и характерах некоторых собак...
Посреди территории приюта тлел костёр. В большой, заполненной до краёв ванне варилась каша. Её бережно помешивала лопаткой девочка лет двенадцати.
- Масло есть? - деловито спросила подошедшая Тоня .
- Нет, - вздохнула помощница, - Витька обещал, не принёс.
- Вот, - достала девушка из кармана тысячерублёвую бумажку. - Купи две пачки. Одну добавь сейчас, другую оставь на завтра.
- Это на всех? - кивнула на ванну Вера.
- Да. Сейчас кормим один раз в день. Зимой, когда холодно, два.
- Вот, - протянула Вера такую же бумажку. - В следующую субботу приеду. До свидания.
- Обязательно приезжайте, - попросила девушка и, оглянувшись на собак, негромко добавила. - Будем ждать.
В автобусе Вера долго рассматривала фотографии, не решаясь выбрать. Наконец переслала мужу и облегчённо вздохнула.
Всю неделю не выходила из головы рыжая собачка, похожая на лисичку. "Будто о ребёнке думаю" - ловила себя на мысли.
Для мужа видно вопрос не был важным. Обидевшись, решила не напоминать о собаке. Но в конце недели звякнула эсэмэска: "Мне понравилась 7 и 12 фотка. Прости, и в эти выходные не приеду".
Именно под седьмым номером значилась её Алиса. А Вера волновалась уже по другому поводу. Вдруг собачулю забрали. И как привезти её домой? Впрочем, подружка уже уговорила мужа свозить их в приют на автомобиле.
В выходной с поводком и ошейником отправились за будущим Вериным счастьем.
Приютские псы лаяли, провожая Алису. Тоня не спешила сдерживать этот своеобразный прощальный салют. Вместе с ними долго смотрела вслед.
Удивительно, как маленькое существо смогло настолько изменить её жизнь. Зажечь глаза, убавить возраст, даже вес. Кажется, сам дом повеселел с приездом рыжей лисички...
- Как ребёнку радуется, - рассказывала мужу Юля. - Кормит, моет, расчёсывает. Даже спят вместе.
- Обе радуются, - заметил муж.
- Вовремя посоветовала. А то дом новый, а печали старые.
- У нас на работе семейная пара ребёнка из детского дома взяла. Вот, что надо было советовать.
- И правда! - ахнула Юля. - Так и сделаю. А пока пускай разгон возьмёт...
Николай, приехавший на очередную передышку, не сразу разделил радость жены. Раздражала рыжая шерсть, попадавшаяся на глаза несмотря на все старания хозяйки. Но видя повеселевшую и даже внешне изменившуюся жену, изменил отношение.
- Специально покрасила волосы под Алису? - шутил с нового дивана, наслаждаясь изменившимся обликом жены. - Смотрю, халатик тоже рыжего цвета...
- А ты как думаешь? - кокетничала Вера. - Может, наконец совсем заманю тебя домой.
- Потерпи, душа моя. Немного осталось. Крышу уже начали.
- Ага, потом отделка, то-сё. К осени хоть вернёшься?
- Обязательно. Ещё и при деньгах...
На прогулках от первых осенних дождей уже стала промокать рыжая шубка Алисы, а Николай всё не ехал. Зато подруга заходила всё чаще. Убедилась наконец, что потребность подруги заботиться не только приобрела "разгон", но и поселилась в душе окончательно.
- Что-то муж твой долго не едет, - начала в шутливой форме подводку к теме. - Не зазнобу ль завёл...
- Пускай только попробует, - изобразила устрашающую гримассу Вера, и рассмеялась. - Что ты. Мой Коля не такой.
- Мало ли. Понадёжнее нужно средство для удержания мужа. И живут они недолго, собаки эти. Помню как мои плакали, когда наша умерла от старости! Даже Петров рыдал как маленький.
- Ты о чём сейчас?
- Да о том, - злилась Юля на недогадливость подруги. - Ребёнок вам нужен!
Настроение Веры сразу качнулось в сторону печали.
- Ты же всё знаешь.
- Усыновить можно, - выпалила Юля. - Вон, у Петрова на работе...
- Не выдумывай. Он к собаке еле привык.
- Так то собака. Можем, кстати, вместе съездить.
После ухода подруги она долго примеряла некогда крамольную мысль о приёмном ребёнке. Бродила по дому, гладила мягкую шёрстку Алисы, заглядывала в когда-то запланированную детскую комнату, превращённную теперь в склад вещей. Подруга подсадила в голову мысль о ребёнке словно эмбрион в организм. Только неизвестно, выживет ли...
- Когда приедешь? - устало спрашивала мужа по телефону. - Я очень жду.
И жадно вслушивалась в ответ. Нет, не сказала о ребёнке. Пыталась сквозь частокол его слов о делах почувствовать отношение к её зарождающимся грёзам.
Стройка затягивалась. И Вера, уже тонущая в бессонных волнах сомнений, решилась на единоличную примерку роли матери. Вот так - обманывая себя и чувствуя при этом, что уже не примет печального исхода. Собралась одна, без Юли. Момент знакомства с ребёнком, как и процесс его зачатия, должен быть интимным.
Эмоциональная часть вопроса уже перешла в практическую. Информация нашлась в интернете. И расписание автобусов, и режим приёма гостей.
Детский дом, как когда-то приют для животных, встретил тишиной. Тихо было и в кабинете директора - пожилой женщины с мягким оценивающим взглядом.
- У вас были дети? - осторожно спросила та гостью.
- Нет. Муж бесплоден, - призналась Вера и, испугавшись, что отсутствие опыта станет неким препятствием, поспешно добавила. - Есть младшая сестра...
Ситуация до боли напоминала одну недавнюю поездку. Впрочем, те страхи были несравнимы с нынешними.
Не было одобрения мужа. И в этот раз это люди! От одного этого кружилась голова. И стало понятно, что одной не справиться.
С разрешения директора она тихонько поснимала детей на телефон и поспешила уехать. Не решилась пустить в сердце того, с кем вдруг придётся расстаться. Дома так и не решилась пересмотреть фотографии.
Николай - усталый, пахнувший незнакомыми ветрами и дорожной пылью, едва уловил перемены в настроении жены.
- Насовсем приехал. В городе предложили работу. А ты почему не радуешься?
- Я в прошлые выходные ездила в детский дом, - неожиданно для себя она положила перед мужем телефон с фотографиями, и вышла.
Когда вернулась, мужа в комнате уже не было. Осторожно выглянула в окно. Николай, окружённый густым облаком сигаретного дыма, сидел на открытой веранде и задумчиво листал Верин телефон. "Сейчас докурит и придёт", - сжалась она, видя как он тушит сигарету. Но он сразу же прикурил следующую...
Наконец не выдержала, вышла к нему. В пепельнице медленно испускала дух груда свежих окурков. Николай поднял на Веру покрасневшие, вероятно от дыма, глаза.
- Они смотрят как те собачки из приюта, - с трудом выдавил дрожащим голосом.
- Там ещё есть фотографии, - протянула она руку за телефоном.
- Не надо! - решительно встал он из-за стола. - Едем, сами посмотрим...
