Солнце только-только показалось из-за горизонта, освещая окраину столичного города. Жители небольших лачуг уже начинали свой день, постепенно выходили на улицу, стараясь разделаться со своими делами до того, как светило достигнет зенита.
Он проснулся вместе со всеми, хотя и не сказать, что ему это было столь необходимо. Скорее привычка выработанная годами. Обычный ритуал, не отнимающий сил: встать, умыться каплей драгоценной воды, надеть повязку и выйти к людям.
В общей комнате как всегда встречал гул огромной семьи, что так благодушно приютила его.
– А ну, цыц, – приструнила расшалившиеся детей хозяйка дома, – садитесь завтракать. Выходить уже надо, а вы не если.
Гам как-то сразу начал стихать, и ножки стульев заскребли по земляному полу, отодвигаясь.
– Прости, проповедник, – послышался голос женщины над ухом, а ее рука бережно взяла мужчину под локоть, направляя к столу. – Мои шалопаи, как всегда, разыгрались с утра, – пояснила она, извиняясь. – Они тебя не разбудили?
– Нет, что ты, Лу, все прекрасно, – слегка улыбнулся он. – Я всегда встаю вместе с Солнцем.
– Ты воистину благословенный человек, – восхитилась женщина, помогая ему сесть за стол и ставя тарелку.
Мужчина же в знак благодарности сжал ее руку и принялся за трапезу.
***
На площади было слишком жарко, даже для времени близкого к зениту. Но никто не жаловался, этот вообще народ не привык выказывать недовольство, особенно тем, что не в силах изменить. И раз уж судьба распорядилась родиться им именно здесь, то значит так и должно было случиться.
Ему было неуютно, но все равно продолжал свой путь. Он шел не один. Позади выстраивалась целая процессия, стоило только ему выйти из своего убежища и направиться в сопровождении Лу на площадь.
Люди продвигаясь молча, неизменно приковывая к себе взгляд. Каждый встретивший их на пути, точно знал, что этот немощный старик под руку с женщиной: знаменитый проповедник, однажды пришедший из великой пустыни, куда он и вернется, когда придет время.
Когда же процессия достигла своей цели, толпа, предвкушающая очередную проповедь, приветственно загудела. Мужчину подхватили бережные руки и воздвигли на импровизированный постамент.
Время пришло.
***
Лежа в гостеприимной кровати он вспоминал о прошедшем дне, о звуках и запахах, что его окружали, думал о своем пути, о том, что сделал за последнее время и что еще предстояло сделать, выстраивал планы.
И только иногда в последние минуты дня позволял до боли знакомому голосу прошептать:
– Пол...