Наказ Уложенной комиссии

Наказ Уложенной комиссии (1767) - свод правил и принципов, сделанный Екатериной II для Уложенной комиссии. Считается программным документом царствования Екатерины II, в котором нашли отражения основные положения просвещенного абсолютизма.

Составляя Наказ Екатерина II опиралась на философскую мысль эпохи Просвещения, главным образом, на Шарля де Монтескьё, Чезаре Беккариа и "Энциклопедию" Дени Дидро и Жана Д´Аламбера. Кроме того, императрица прибегала к сочинениям барона Бильфельда, Готтлоба фон Юсти и Кене. Текст Наказа был зачитан депутатам Уложенной комиссии, а затем стал широко распространяться в России и в Европе, причем в России чиновникам предписывалось читать Наказ вслух в присутственных местах каждую неделю. При жизни Екатерины II вышло минимум 25 изданий Наказа на русском и основных европейских языках. Его можно было свободно купить во многих книжных лавках.

(Наказ дается в сокращении и для удобства пользования разбит на рубрики, отсутствующие в оригинале. Нумерация также не совпадает с оригинальной).

Содержание

• Основные положения
• О системе управления
• О законах
• О подданных
• О сословиях

Основные положения

1. Закон Христианский научает нас взаимно делать друг другу добро, сколько возможно.
2. Полагая сие законом веры предписанное правило за вкоренившееся или за долженствующее вкорениться в сердцах целого народа, не можем иного кроме сего сделать положения, что всякого честного человека в обществе желание есть или будет, видеть все отечество свое на самой вышней степени благополучия, славы, блаженства и спокойствия.
3. А всякого согражданина особо видеть охраняемого законами, которые не утесняли бы его благосостояния, но защищали его ото всех сему правилу противных предприятий.
4. Но дабы ныне приступите ко скорейшему исполнению такого, как надеемся, всеобщего желания, то, основываясь на выше писанном первом правиле, надлежит войти в естественное положение сего государства.
5. Ибо законы, весьма сходственные с естеством, суть те, которых особенное расположение соответствует лучше расположению народа, ради которого они учреждены. В первых трех следующих главах описано сие естественное положение.
6. Россия есть Европейская держава.
7. Доказательство сему следующее. Перемены, которые в России предпринял Петр Великий, тем удобнее успех получили, что нравы, бывшие в то время, совсем не сходствовали со климатом и принесены были к нам смешением разных народов и завоеваниями чуждых областей. Петр Первый, вводя нравы и обычаи европейские в европейском народе, нашел тогда такие удобности, каких он и сам не ожидал.
8. Великое благополучие для человека быть в таких обстоятельствах, что, когда страсти его вперяют в него мысли быть злым, он, однако, считает себе за полезнее не быть злым.
9. Надлежит, чтоб законы, поелику возможно, предохраняли безопасность каждого особо гражданина.
10. Равенство всех граждан состоит в том, чтобы все подвержены были тем же законам.
11. Сие равенство требует хорошего установления, которое воспрещало бы богатым удручать меньшее их стяжание имеющих и обращать себе в собственную пользу чины и звания, порученные им только как правительствующим особам государства.
12. Общественная или государственная вольность не в том состоит, чтоб делать все, что кому угодно.
13. В государстве, то есть в собрании людей, обществом живущих, где есть законы, вольность не может состоять ни в чем ином, как в возможности делать то, что каждому надлежит хотеть, и чтоб не быть принужденну делать то, чего хотеть не должно.
14. Все приведенные в сем сочинении примеры и разных народов обычаи не должны иного производить действия, как только споспешествовать выбору способов, коими бы народ Российский, сколько возможно по человечеству, учинился во свете благополучнейшим.

О системе управления

1. Государь есть самодержавный; ибо никакая другая, как только соединенная в его особе власть, не может действовать сходно со пространством столь великого государства.
2. Пространное государство предполагает самодержавную власть в той особе, которая оным правит. Надлежит, чтобы скорость в решении дел, из дальних стран присылаемых, награждала медление, отдаленностию мест причиняемое.
3. Всякое другое правление не только было бы России вредно, но и вконец разорительно.
4. Другая причина та, что лучше повиноваться законам под одним господином, нежели угождать многим.
5. Какой предлог самодержавного правления? Не тот, чтоб у людей отнять естественную их вольность, но чтобы действия их направить к получению самого большого ото всех добра.
6. Надобно иметь хранилище законов.
7. Сие хранилище инде не может быть нигде, как в государственных правительствах, которые народу извещают вновь сделанные и возобновляют забвению преданные законы.
8. Сии правительства, принимая законы от Государя, рассматривают оные прилежно и имеют право представлять, когда в них сыщут, что они противны Уложению и прочая, как выше сего в главе III в 21 статье сказано.
9. А если в них ничего такого не найдут, вносят оные в число прочих, уже в государстве утвержденных, и всему народу объявляют во известие.
10. В России Сенат есть хранилище законов.
11. Самое высшее искусство государственного управления состоит в том, чтобы точно знать, какую часть власти, малую ли или великую, употребить должно в разных обстоятельствах; ибо в самодержавии благополучие правления состоит отчасти в кротком и снисходительном правлении.
12. Все сие не может понравиться ласкателям, которые по вся дни всем земным обладателям говорят, что народы их для них сотворены. Однако же Мы думаем и за славу Себе вменяем сказать, что Мы сотворены для Нашего народа, и по сей причине Мы обязаны говорить о вещах так, как они быть должны. Ибо, Боже сохрани, чтобы после окончания сего законодательства был какой народ больше справедлив и, следовательно, больше процветающ на земле: намерение законов Наших было бы не исполнено — несчастие, до которого Я дожить не желаю.

О законах

1. Ничего не должно запрещать законами, кроме того, что может быть вредно или каждому особенно, или всему обществу.
2. Человека не можно почитать виноватым прежде приговора судейского, и законы не могут его лишить защиты своей прежде, нежели доказано будет, что он нарушил оные. Чего ради какое право может кому дать власть налагати наказание на гражданина в то время, когда еще сомнительно, прав ли он или виноват?
3. Опыты свидетельствуют, что частое употребление казней никогда людей не сделало лучшими.
4. Самое надежнейшее обуздание от преступлений есть не строгость наказания, но когда люди подлинно знают, что преступающий законы непременно будет наказан.
5. Гораздо лучше предупреждать преступления, нежели наказывать.
6. Сделайте, чтоб люди боялися законов, и никого бы кроме их не боялися.
7. Гражданское общество, так как и всякая вещь, требует известного порядка. Надлежит тут быть одним, которые правят и повелевают, а другим — которые повинуются.

О подданных

1. Россия не только не имеет довольно жителей, но обладает еще чрезмерным пространством земель, которые ни населены, ниже обработаны. Итак, не можно сыскать довольно ободрений к размножению народа в государстве.
2. Мужики большою частию имеют по двенадцати, пятнадцати и до двадцати детей из одного супружества; однако редко и четвертая часть оных приходит в совершенный возраст. Чего для непременно должен тут быть какой-нибудь порок или в пище, или во образе их жизни, или в воспитании, который причиняет гибель сей надежде государства. Какое цветущее состояние было бы сея державы, если бы могли благоразумными учреждениями отвратить или предупредить сию пагубу.
3. Правила воспитания суть первые основания, приуготовляющие нас быть гражданами.
4. Всякий обязан учить детей своих страха Божия как начала всякого целомудрия и вселять в них все те должности, которых Бог от нас требует в Десятословии Своем и Православная наша Восточная Греческая вера во правилах и прочих своих преданиях.

О сословиях

1. Земледельцы живут в селах и деревнях и обрабатывают землю, из которой произрастающие плоды питают всякого состояния людей; и сей есть их жребий.
2. Не может земледельство процветать тут, где никто не имеет ничего собственного.
3. Сие основано на правиле весьма простом: «Всякий человек имеет более попечения о своем собственном, нежели о том, что другому принадлежит; и никакого не прилагает старания о том, в чем опасаться может, что другой у него отымет».
4. В городах обитают мещане, которые упражняются в ремеслах, в торговле, в художествах и науках.
5. Дворянство есть нарицание в чести, различающее от прочих тех, кои оным украшены.
6. Как между людьми одни были добродетельнее других, а при том и заслугами отличались, то принято издревле отличить добродетельнейших и более других служащих людей, дав им сие нарицание в чести, и установлено, чтоб они пользовались разными преимуществами, основанными на сих выше сказанных начальных правилах.
7. Из чего паки следует, что лишить дворянства никого не можно, кроме того, который сам себя лишил оного своими основанию его достоинства противными поступками и сделался чрез то звания своего недостойным.
8. И уже честь и сохранение непорочности дворянского достоинства требуют, чтоб такой сам чрез поступки свои, основание своего звания нарушающие, был по обличении исключен из числа дворян и лишен дворянства.
9. Поступки же, противные дворянскому званию, суть измена, разбой, воровство всякого рода, нарушение клятвы и данного слова, лжесвидетельство, кое сам делал или Других уговаривал делать, составление лживых крепостей или других тому подобных писем.
10. К [среднему] роду людей причесть должно всех тех, кои не быв дворянином, ни хлебопашцем, упражняются в художествах, в науках, в мореплавании, в торговле и ремеслах.
11. Как все основание сему среднему роду людей будет иметь в предмете добронравие и трудолюбие, то, напротив того, нарушение сих правил будет служить к исключению из оного, как-то, например, вероломство, неисполнение своих обещаний, особливо если тому причина лень или обман.