Сквозь призму буддизма
Владислав Отрошенко уникальная фигура современной русской словесности: количества наград, которые завоевали его, переведенные на полтора десятка языков, книги, хватило бы, чтобы служить предметом гордости десятку писателей, но читательских рецензий на них исчезающе мало. Есть понятие "писатель для писателей" и кажется к Отрошенко оно применимо полной мерой. Это обидно, потому что пишет он не только хорошо, но еще и замечательно интересно, умеет просто и с юмором говорить о серьезных непростых вещах. Я не утверждаю, что его книги подойдут абсолютно всем, такой всеохватностью, наверно, могут похвастаться только народные сказки, но для поклонников биографической и литературоведческой прозы они настоящая находка.
"Гения убить недостаточно" - сборник эссе и критических статей о таких разных фигурах мировой литературы, что и помыслить совместное их нахождение в одном пространстве нелегко: Овидий и Катулл соседствуют Шопенгауэром, Ницше и Платоновым, Пушкину отвечает Ходасевич, Тютчев не столько поэт, сколько карьерист, семьянин, любовник. Интересно, что Гоголь и Сухово-Кобылин, о каждом из которых у Отрошенко есть подробные исследования, появляются на страницах книги как эпизодические персонажи, скорее для иллюстрации каких-то авторских тезисов. И очень многое здесь рассматривается с точки зрения буддизма: сопоставление, аналитика, примеры. Интересно и необычно.
А был ли Овидий изгнанником? А точно ли Катулл описал в цикле стихотворений. посвященных Клодии, собственную с ней историю? Что стало камнем преткновения между Шопенгауэром и его талантливой матерью? Что завещал Платонов и как сам он относился к своему уникальному стилю? Какова на самом деле река Брента? Как влияет пространство и преобладающий ландшафт на национальную литературу.? Почему апостолы рыбаки пошли за Христом? За что Бог возвысил Иова более прежнего? Как Кречинский противостоял богу Вишну? И много других вопросов, на которые эти небольшие по объему, но удивительно емкие эссе дают ответы.
Это по-настоящему интересно, а иллюстрации Натальи Толстой источник дополнительной читательской и зрительской радости.