Хочется предварить этот стишок какими-то словами, а их почему-то нет. Странно. Ну да ладно. Голова – инструмент сложный, со всеми вытекающими из неё непростыми мыслями.
Мой солдат
тем, кто носит погоны, посвящается
Мой солдат родился со мною
В годы мирные, в пору застоя.
Я ему надевал пилотку
Со звездой впереди, патриотку.
Надевал на него мундир.
И конечно, мой друг – командир.
*
Он из первых в Афган входил,
Я его туда сам проводил.
На призывном выпил с ним водки
И нащёлкал на память фотки.
Наказал, чтобы был молодец.
Ах какой же он был юнец!
_____________
Возвратился живой, загорелый,
На груди – «За отвагу», слева.
Прогулялся, а умники в спину
Зашипели: «Лучше бы сгинул!..»
Агрессивным и злым назвали,
Мы тебя, мол, туда не слали.
Он спросил: «Я пришёл не домой?»
И взглянул на меня – ты со мной?
Что мне было ответить, брат?
Ты прости нас, меня, солдат,
Я не знаю, ну как так вышло, –
Прёт дерьмо вперёд, словно дышло.
Его лик омрачила печаль,
От плевков почернела медаль.
Он спросил: «Что имеешь сказать мне?»
Я ответил: «Медаль не снимать! Нет!
Мы прорвёмся с тобою, парень,
Мы ещё им в ответ вдарим!..»
*
А потом был Кавказ, и не раз;
И попал мой солдат в спецназ…
Снова выли защитники прав:
«Ох, солдат, ты опять так неправ!
Здесь не стоит махать ружьём –
Без него порешаем рыжьём…»
Над страною своей хохотали,
Уезжая поплавать на Бали,
А на улицах били солдат,
Потому как всяк был демократ,
Тот, кто любит иных за двоих,
Принимая чужих за своих.
Ну а мой командир, он что ж,
Он такой – соплёй не прибьёшь…
Лишь частенько лицом мрачнел,
Матерясь на родной беспредел.
Говорил : «Ну, такая она,
Русь-дурашка Отчизна моя».
И когда позвала его вновь
За Балканы пролить кровь,
Он ушёл, не спросив – зачем?
Раз послала, знать, нужен всем.
Нужен тем, кто страдает от ига
Тех, кто вроде как суперлига.
А затем спасал Дагестан,
Встал за Сирию и Казахстан.
А меж дел этих тяжких, нужных
Как бы внутренних, как бы наружных,
Вразумлял ошалевших грузин
Заниматься лишь качеством вин.
Он предельно был вежлив в Крыму…
И от счастья кричал: «Да ну?!..»
Ждал со мной продолженья весны
На Луганск, Мариуполь, Терны.
Он чернел, говоря про Донбасс:
«Ну когда же, когда же, чёрт вас?!..»
Не дождавшись решительных мер
От столицы, исполнил трансфер:
Он сказал себе, мол, я пас –
Нет политике! Подал в запас.
Через день был от дома вдали,
Оказавшись в строю «Сомали»…
…Жара, снега, морозы,
Окопы, жужжат «стрекозы».
Распутица топким болотом
Глотает шаги, жжёт потом.
Снаряды, мины, ракеты зигзаг,
До смерти один незаметный шаг.
А если косая даст сбой – лазарет,
Шарканье мягких больничных штиблет.
Письма родных оттуда,
Где тихо, много уюта.
Короче, пуды солдатской лямки
С бугра на бугор, от ямки до ямки.
И вновь после ран, контузий
Жизнь без прикрас, иллюзий:
До боли сжимал калаша цевьё,
Храня своё. Уже точно своё.
Ходил краями разбитых
Улиц, насквозь пробитых,
Заглядывал в жерла окон
Мёртвых, ослепших, без стёкол.
И слушал, как из-под завалов,
Набитых бедою подвалов
Вопиёт безнадежный глас:
«Когда же, когда вы нас?..»
_______________
…Но однажды зимой Страна
Раскалится на зло докрасна,
И от грохота сзади, с тыла,
Содрогнётся Саур-Могила –
Значит, наши в Донбасс войдут,
Значит, «немцы» опять умрут.
Мой солдат вернётся в штат,
Козырнёт, станет батя-комбат…
Только вот ведь беда – старый
Стал солдат, да и я. Парой
Ходим вместе, стучим тростью
Мы одной на двоих, ждём гостью,
Ту, что нас примирит со всеми,
Даст приказ на бессрочный дембель.
А вчера, проходя по двору,
Увидал на песке детвору,
Одного малыша папку –
Тот принёс на смену панамку:
Обрядил пацана в пилотку
Со звездой впереди, патриотку…
И взыграло во мне ретиво́е –
Я сказал солдату: «Нас трое!
Мы ещё пошуршим на шару,
Мы ещё поддадим жару!
Буде здрав и спецназ, и стройбат!
Мы ещё повоюем, солдат!»