А может быть, я такая бестолковая в выборе мужчин, потому что всю свою жизнь черпала опыт любви не там где надо?
Вот хоть оперу взять. Обожаю итальянскую оперу. Верди, Беллини, Доницетти, Масканьи, Леонкавалло... Одни имена музыкой звучат. А уж как они писали все эти арии и ариозо, то вообще отвал башки, кто понимает.
И оперу нетрудно понимать, на мой взгляд. Она о простом, о чувствах. О тех чувствах, которые испытывали все, о понятных, но острых жизненных коллизиях, которые всем знакомы. Любовь, предательство, измена, верность, честь, смерть... Может быть, мало кто, проходя пиковые по эмоциям эпизоды в своей жизни, глубоко задумывается о том, что он проходит, как проходит, с чем выходит из очередного потрясения, как самолет из пике, почти никто об этом не думает, но то, что в этих пиковых (а значит чисто оперных по накалу) ситуациях каждый человек хоть раз за жизнь бывал - это очевидно. А значит, он способен понять оперное искусство.
"Речь идет не о мучительном напряжении, сопровождающем крепнущие "вибрато", И не только о безумном порыве голоса, сотрясающего стены театра. Речь идет о подлинном усилии оторваться от земли, о трепетании крыльев. При таком обнажении чувств публику в свою очередь тоже охватывает дрожь. Ведь это о ней поется" (Густаво Маркези, музыкальный критик и автор книг об итальянской опере). Лучше не скажешь.
Мне всегда был притягателен оперный накал страстей, весь этот высокий пафос, тотальный взрыв чувств, сотрясающий мою душу, как хозяйка пыльный коврик, легко и без видимых усилий. Каждый раз, выходя из театра, я чувствовала себя чистой, потрясенной, обновленной, да не опишешь, какое это всегда было счастье.
Помните, я рассказывала о роковой любви, поломавшей всю мою жизнь? Подозреваю, что она случилась только потому, что я случайно познакомилась с тем парнем в тот же день, как попала вечером в оперный, на Тоску... Мне бы, дурочке, тогда в Пуччини влюбиться, в его бесподобную музыку, а я в левого мужика влюбилась. Не хватило мне, бестолковушке, тогда тяму отделить мух от котлет, потрясение после встречи с бессмертным творением ума человеческого от обыкновенных, не сказать вульгарных, ну, ладно не мух - бабочек в животе, инспирированных скорее великой музыкой, чем реальными достоинствами моего прэдмета (их и не было, достоинств, исчезающе-легкая аллюзия к внешности Марлона Брандо не в счет). Да если б не Тоска, я б на него и внимания бы не обратила, и никакого бы там Марлона не увидела б, еще чего. Но Бог решил, чтобы совпало, оно и совпало. Для того, чтобы... Ладно, не суть, потом расскажу, если к слову придется.
Ну, так вот. "Тоску" великий итальянский композитор Джакомо Пуччини закончил в самом начале 1900 года, пленившись ранее театральной пиесой, специально написанной для Сары Бернар. Для раскрытия ее драматического таланта, то есть. Действие там происходит на фоне исторических событий в Италии, которые случились ровно на сто лет раньше, в 1800 году. Я уже точно не помню, но кажется это было время большой международной драки итальянцев с французами (потому и Сара Бернар) за город Рим. Дрались тогда Наполеон (тот самый) и какие-то итальянские войска под руководством кого-то там, Французы в Риме устроили республику с консулами, а потом их неаполитанцы оттуда выгнали, консулы сами разбежались, в общем, время было непростое, военное.
Но всякие разные политические мотивы в сюжете оперы представлены постольку поскольку, т.к. главное там всё про любовь. Про любовь, ревность, темную страсть, предательство, обман и смерть, в общем всё такое общечеловеческое. История душераздирающая. Главная героиня, Флория Тоска - красивая, богатая, успешная молодая женщина, известная артистка. Любит молодого, красивого, бедного, но талантливого художника Марио Каварадосси, и ревнует его по-черному даже к его собственным картинам. А главный злух там - это шеф полиции Рима, барон Скарпиа. Каковой Скарпиа, злодей, спит и во сне видит как этого недотепу, соперника своего лоховатого, извести и Тоской овладеть. И ему представляется такой случай! Вернее он сам его устраивает.
Воспользовавшись трагическими для художника Каварадоссии совпадениями событий, Скарпиа организовал его арест, обвинил в государственной измене и содействии беглым республиканцам, и по закону военного времени приговорил к расстрелу завтра утром, на крыше тюремной башни. А сам тем же вечером пригласил Тоску к себе домой за изысканно накрытый ужин и предложил ей сделку: ее девичья честь в обмен на инсценировку расстрела. Мол, ты, девонька, щас меня удовольствуешь разнообразно, а хахаля твово мы завтра расстреляем понарошку холостыми, а потом бегите с им, куда хотите, голубки. Тоска в отчаянии соглашается, коварный Скарпиа пишет тайный приказ об поддельном расстреле, но отдавая этот приказ перемигивается с помощником, мол, расстреляйте шельмеца по-настоящему. Помощник мигом всё усёк, и побежал исполнять, а Скарпиа, оставшись наедине с Тоской, пошел было к ней с распростертыми объятиями, но вместо утех в будуаре коварный угнетатель нашел свой конец, зверски павши от руки вожделеемой артистки. Тоска, не будь дур@, пока Скарпиа отвлекался на свои подлые козни, стянула со стола вострый ножик, и зарезала мучителя до смерти, не в силах исполнить обещанное.
Не устали еще? Финальная сцена, моя любимая. Я ради нее всю оперу и слушаю каждый раз. Тоска успевает предупредить своего художника, и, якобы, прощаясь с ним перед расстрелом, в последний раз страстно умоляет его, чтобы он достоверно притворился мертвым, Марио ведут, стреляют, Тоска восхищена его неожиданным актерским талантом, самозабвенно кричит "Браво! Артисто!", шепчет осторожно "лежи, лежи, не двигайся" и, когда все расходятся, бросается к Марио, тормошит его, и с ужасом понимает, что он мертв, его расстреляли по-настоящему. В это время обнаруживается смерть Скарпиа, всем ясно, кто его убил, солдаты бегут на крышу башни арестовывать виновницу, Тоска, обезумев от горя и отчаяния, бросается с крыши вниз. В общем, все умерли. Занавес.
Знаете, почему я люблю эту сцену? Ну, во-первых, конечно за музыку, этот медленный, тяжеловесный, томительный, тягучий, торжественный марш, под который Марио уводят на расстрел, мне иногда даже снится, столько в нем всего: и безумная надежда, и ликование любви, и трагедийный, истинный пафос, живой, отчаянный, мощный... Ну, как так Пуччини написал, а? Столько всего абсолютно разного всё вместе, одновременно. Переливается, перетекает, из надежды в отчаяние, от поражения к победе и обратно, и наивная, обреченная вера в грядущее счастье, и всесильная смерть, и опять вера, прекрасная, полная жизни, а жизни той осталось пять секунд... все так связно, так волшебно текуче, так естественно, вообще без швов, без противоречий, единое целое. То есть мне-то понятно, как это сделано, я эту сцену выслушала не раз и не два, всё-всё там разобрала для себя, и мелодический рисунок, и гармонический план, и темпоритм, и динамику, оркестровку, но секрета обаяния этой музыки так и не раскрыла... и не буду вас деталями грузить, вон лучше послушайте тоже по ссылке, это правда гениальная сцена.
И вот есть у меня одна навязчивая мысль о психологии этого Марио, главного героя. И уж сколько лет я эту психологию в мужчинах ищу, со времен моей роковой любви. Он ведь обыкновенный, Марио-то. Ну, красивый, ну сам красоту ощущает, художник же, Тоску свою боготворит, восхищается ею. Но почему она его полюбила? Она ведь известная артистка, привыкла к обожанию толпы. Что в нем, в этом наивном, по жизни крайне бестолковом, талантливом художнике, ее пленило? Так пленило, что она его любит страстно, ревнует бешено, убить за него готова, ей душу свою погубить убийством не так страшно, как ему изменить?
Мне кажется ответ здесь, в этой сцене.
Я, слушая здесь оркестр, который по сути есть психологически абсолютно достоверное отражение переживаний главгероев, в каждый момент времени на протяжении всей сцены , в общем, слушая здесь партию оркестра, я отчетливо понимаю: они разные. Они очень разные, эти двое любящих друг дружку людей. Марио знает правду, острой интуицией настоящего художника откуда-то точно знает, уверен - всё по-настоящему. Он сейчас умрет, и поэтому он прощается с любимой навсегда. А Тоска не в силах даже помыслить о его смерти, она ждет счастливого момента, когда они с любимым убегут, ей сама идея, что она его теряет вот прямо сейчас, невыносима настолько, что она ее загоняет вглубь, не дай Бог понять, лишиться надежды на будущую жизнь, на счастье. Не дай Боженька даже на миг допустить понимание, что вот оно, его убивают, здесь и сейчас, нет, нет, нет.
А теперь представьте в этой сцене себя и какого-нибудь мужика. Реального мужика. Вот вы ему горячо шепчете, мол, не подведи, упади правдоподобно, лежи тихо... Ну, кто из них, понимая что прямо сейчас умрет, перестанет быть, именно он, а не кто-то там, скоро, сейчас сможет поддержать вашу иллюзию? Подыграть вам? Да все, кроме Марио Каварадосси, на его месте уже бы вопили, мол, ты чо, ид...отка?! Ты дур@? Ты кому поверила-то? Да он тебя развел, как последнюю лош@ру! Он тебя обманул! Меня сейчас убьют! УБЬЮТ!!! И оттолкнул бы вас осатанело, такую глупую, такую влюбленную, и пошел бы на расстрел, а вы бы остались, пронзенная открывшейся правдой, и смотрели бы, как он умирает, взаправду, по-настоящему, и спаси вас Господь от того, чтобы такое пережить когда-нибудь, это же представить себе невозможно.
А Марио вот ее пожалел. Он ей правды не сказал. Ему умирать сей момент, а он ей хоть несколько минут оставил надежды. И в самый острый, самый жгучий, самый убийственный миг она ничего не поняла. И не боялась, и не мучилась, и не страдала. Ждала себе, когда все разойдутся, да шептала "лежи тихо, не двигайся"
Вот за это она его и любила, я думаю. За эту его редчайшую способность даже в последний миг своей жизни не думать о себе, а заботиться о ней, о ее покое, и счастье. Тоска сердцем поняла его высокую, чистую, самоотверженную, огромную душу. Ведь такая душа одна на миллион! Всю жизнь искать будешь, и не встретишь за всю жизнь. А она вот встретила. Не проглядела. Не пропустила. Поняла. И полюбила. Было за что.
Напишите, пожалуйста, в комментариях, понравилась ли вам финальная сцена, и мое описание, спрашивайте, что непонятно, и о какой вам музыке еще написать, если интересно.