Данное интервью с Руди Сарзо было первоначально опубликовано в декабрьском номере журнала Guitar Player за 2009 год.
Хотя он играл со многими великими гитаристами, у басиста Руди Сарзо во время интервью по-прежнему больше интересуются о том, каково ему было играть с покойным Рэнди Роудсом.
«Именно поэтому я написал книгу», — говорит Сарзо, имея в виду cвою книгу "Off the Rails", повествующую о том времени, когда он работал с Роудсом.
Ниже представлены выдержки из интервью с Руди.
Вы писали, что когда вы проходили прослушивание у Оззи, звучание Рэнди и его игра сильно изменились со времён Quiet Riot.
«Его звучание полностью изменилось. В Quiet Riot у него был усилитель Peavey — это была какая-то транзисторная модель конца 70-х, и кабинет с шестью JBL. Первым стоял дисторшн MXR. С Оззи он использовал Маршаллы, но для меня одной из самых важных составляющих его звучания была квакушка.
Он использовал квакушку во время ритм-партий. Я думаю, он начал использовать квакушку с Маршаллом, потому что это позволяло создавать более мощный звук, чем Peavey. Он хотел уменьшить нижние частоты. Его звучание было более низким, чем у обычного гитариста. Он специально подбирал нужные частоты, чтобы его ритм-партии звучали артикулированно».
Разумеется, что с Оззи его стиль стал совершенно другим.
«Ты настолько хорош или эклектичен, насколько хороши песни в твоём списке. Когда он сочинял для Оззи, Рэнди мог переходить от "Revelation Mother Earth к Flying High Again" и "No Bone Movies".
Помните, когда Рэнди работал с Оззи, 1980-е ещё не были известны в том виде, в каком мы их знаем. Звукозаписывающие компании и MTV ещё не начали диктовать, что можно играть, а что нельзя. Я называл продюсеров "редукторами", потому что они придерживались очень узких представлений о том, какой может быть рок-песня.
Когда группа добивалась успеха, она использовала это звучание до конца своей карьеры, и это стало формулой для групп 1980-х. Рэнди написал свои лучшие вещи до этого, поэтому у него было много свободы».
Что ещё вы можете сказать о его игре?
«Первое, что я заметил в нём, — он слушал. Многие гитаристы не считают себя частью ритм-секции. Насчёт Рэнди всегда можно было быть уверенным, что он придумает отличные партии ритм-гитары. Он всегда слушал барабаны и подстраивался под них. Это стало возможным, когда он начал играть с Томми Олдриджем.
Томми много выступал на аренах с Пэтом Трэверсом и Black Oak Arkansas, и у него была склонность играть чуть быстрее, что не означает, что он спешил, он был на вершине ритма в динамике.
Рэнди тоже играл чуть быстрее. Это было одной из тех вещей, которые придавали Quiet Riot своеобразное звучание, даже когда мы играли в клубах. Он играл масштабно. Он проецировал».
Рэнди упомянул несколько музыкантов, которыми он восхищался, таких как Михаэль Шенкер, Гэри Мур и Лесли Уэст. О ком ещё он говорил?
«Мик Ронсон. Если вы послушаете конец песни "You Can't Kill Rock and Roll", то это, по сути, дань уважения Мику Ронсону, игравшему в песне Боуи "Moonage Daydream"".
Съёмки Рэнди незадолго до смерти создают впечатление, что он стал играть намного лучше, чем даже на записях.
«Да, я могу полностью за это поручиться. Он никогда не переставал учиться и старался стать лучше. Он жил ради этого».