Самые яркие философы получаются из самоучек. Кто может вспомнить выпускников философских факультетов, оставивших хоть какой-то след в философии? А вот Сократ был самоучкой. Декарт, Ломоносов, Шарль Фурье, хотя он и придумал феминизм. Самоучки. Видимо, нужен особый склад ума и характера, который образованием не прививается.
Есть у нас коза. Она – философ. Её никто не учил – просто так получилось. Она разительно отличается от козьей породы. Эдакая «коза в себе», почти по Канту. Который, кстати, тоже считается самоучкой.
Коза вела себя очень наособицу, начиная с первого знакомства. Мы выбирали себе козочку у соседа-фермера. Поэтому приходили и кормили всякими морковками его небольшое стадо. А заодно присматривались. Пока все толпились у корма, толкались и дрались за вкусняшки, коза (тогда ещё – козочка) не подошла ни разу. Смотрела издалека и тоже присматривалась. Оценивала.
Вас когда-нибудь оценивала коза? Ощущения необычные. Хочется как-то соответствовать. Ну, или хотя бы поправить галстук. Но это была деревня, и галстука у меня не было. Коза вздохнула и отвернулась.
Наконец, мы созрели завести своё хозяйство и решили забрать эту выпендрёнистую козу к себе. Забирали мы её зимой. Мало того – был какой-то исторический снегопад в Рязанской области, после которых наступает счастье у метеорологов. Их начинают показывать по телевизору, а они начинают закатывать глаза и говорить: «За всю историю наблюдений…» и «Небывалое природное явление…» Потом несколькодневный снег закончился, радостных метеорологов перестали показывать по телевизору, вышло яркое солнышко, снег искрился в его лучах неимоверно – именно про такое Пушкин и писал «день чудесный».
Мы с женой, чуть не по пояс в снегу, пошли за козой. Козу вывели из сарая, она посмотрела на нас изучающим взором... и отказалась идти вообще куда бы то ни было. Ещё бы – я по-прежнему был без галстука. Я проявил настойчивость и, взяв её за рога, потянул к дому. Коза просто легла в снег.
Вольнолюбивость – необходимое качество для качественного философствования. Это я философствую, если что. Меня коза научила.
Я проявил настойчивость и продолжил тянуть козу к дому. Коза по снегу тянулась плохо. Во-первых, она собирала перед собой сугробы. А сугробы в заснеженной по пояс Рязанщине – это уже перебор. Во-вторых, волочь по снегу, будучи по пояс в снегу, даже небольшую козу – достаточно утомительно. И некоторым образом обидно. Я как бы царь зверей, венец природы, вершина пищевой цепочки, творение Божье, а тут такое неповиновение.
И, в-третьих, коза сносила насилие над собой с восхитительным стоицизмом. Что реально смущало. Она не билась, не вырывалась, не мемекала от новизны ощущений. Она молча лежала и просто смотрела. Грустным и укоряющим взглядом. В нём читалось: «Неужели в наш просвещённый двадцать первый век этим людям до сих пор неизвестно про ценность каждой жизни и о важности свободы выбора? Куда катится этот мир?..»
Мне стало стыдно. Перед козой. Поэтому я взвалил её себе на плечи и понёс. Извернувшись, она посмотрела мне в глаза. Прочла непреклонность и вздохнула. Так у нас появилась Няша. А привычка заглядывать в глаза у неё так и осталась.
Няша постоянно стремится к познанию. То есть – любопытна до невозможности. Стоит появиться чему-то новому: ну там подъехала машина, зашёл сосед, пробежала собака – пристальное внимание гарантировано. Если начать что-то строить, то, конечно, как умное создание, она никогда не мешает созидательным процессам. Но стоит отойти на минуту, перекурить, например, – она тут как тут. Её пытливый ум суёт её пытливый нос во всё новое. В саморезы, инструменты, и что там ещё у вас есть? Не все могут созидать под присмотром козы. Некоторых, особо чутких, это морально угнетает. Я уже привык.
Однажды я что-то делал ровное и очень горизонтальное. А уровень никак не выравнивался. Есть такие эпизоды в мужской жизни, когда думаешь: «Господи! Ну почему у меня только две руки?» Чаще всего такие мысли возникают когда чего-нибудь строишь, вешаешь полку или в постели.
Минут десять я на корточках вылавливал пузырёк этого уровня, прижимал, выравнивал, пытался отметить, и всё это практически неподвижно, делая микронные шевеления конечностями. И когда я, наконец-то, попал – из-за моего плеча появилась Няшина голова с немым вопросом: «Ну чего? Получается? Чего ты тут замер?» От неожиданности я дёрнулся, и пришлось начинать сначала. Ну и высказал ей, конечно, всякое, в России же живём.
Паслась она за домом, на заброшенном участке. На заброшенном участке стояла заброшенная баня с заброшенной верандой. Вечером мы за ней приходили, звали, и она шла с нами домой. Причём кто кого «вёл» было совсем неочевидно. Наш дом был самым крайним в деревне. Дальше начинался большой луг в низинке, за которым была группа озёр. Видимо, водоёмы и прочая география способствовали каким-то таким атмосферным явлениям, что закаты и восходы в этом месте были сказочной красоты. Практически каждый день. Уж на что уже насмотрелись и попривыкли (даже к красоте привыкаешь!), а и то, то один, то другой забежит в дом с восхищённым лицом и словами: «Пойдём! Пойдём быстрее! Там на улице такое!» Двойную радугу я наблюдал там чаще, чем за всю свою предыдущую жизнь вместе взятую. Туманы в низинке по утрам … и вечерам… Лепота, одним словом, лепота!
Так вот паслась себе коза. И пошёл дождь. Яркий, мощный, летний. Такой, после которого веет свежестью и красотой. А после дождя, свежести и красоты сразу наступил вечер. Иду на участок, вижу козу Она стоит на этой веранде и смотрит на закат и двойную радугу. Как полагается венцу природы, я останавливаюсь и зову своё личное подсобное хозяйство. Она уже признала мой авторитет и даже откликалась на имя. Иногда.
А тут: Монументальная неподвижность и немигающий взгляд с паволокой. Подхожу ближе: «Няша, в чём дело? Ня-ша! Ау!».
Медленный поворот головы, взгляд через плечо, медленный возврат головы в исходную позицию и мечтательный взгляд на закат. «Ну вот чего ты горланишь? Посмотрите какая красота!» – внешний вид Няши именно это и говорил. А закат был и на самом деле хорош. Мне стало неловко и я сел рядом. Минут пятнадцать мы созерцали. Молча. Монументально. С паволокой во взглядАХ.
«Созерцание – это глубокое и безоценочное понимание мира через внутреннюю интуицию и непосредственное сопереживание. В философии созерцание рассматривается как способ достижения гармонии и счастья. Оно позволяет отойти от повседневных забот и проникнуть в сущность вещей, осознать своё место в мире и найти своё внутреннее равновесие» – так говорила мне коза своей позой и я с ней был полностью согласен. Потом она вздохнула и пошла домой. Я шёл рядом и мы беседовали без слов
– Невероятная экзистенциальность нашего мира и его неповторяющаяся красота, как свидетельство Божественного проявления. Ну это же совершенно очевидно после сегодняшнего.
– Полностью согласен. Ты на ужин будешь ячмень или овёс!
– Вот я тебе о высоком, а ты про еду…
– То есть, ячмень?
– То есть – ячмень...
Неторопливость и обстоятельность нашей беседы чем-то напоминала беседу двух Дедов Морозов из фильма «Операция с Новым годом»:
Где всячески осуждались «махровые материалисты». А ещё там водились ландыши. И пел соловей. Всё, как в великом мультике про паровозик из Ромашково, который говорит о самом главном. Про ландыши, рассвет или соловья.
А мы не всегда слышим, торопимся и норовим про Голливуд или футбол. А где-то стоит коза смотрит рассветы и слушает соловья.
Рязанщина. Иммануил Кант. Коза в себе.
Иногда я ей завидую…