Жил-был во Пскове Мастер-золотые руки. К тому же сказочник. Что бы эти золотые руки ни сделали, оживало. Иначе он просто не мог. Даже, когда впервые увидел псковские церквушки, он увидел их пляшущими, чего до него никому в голову не приходило. "...с неровными стенами, теплые, человечные, а не такие, как в Новгороде, застывшие".
И эти теплые человечные церквушки приветливо встречали его по утрам на каждой из улиц, выглядывая то из-за одного здания, то из-за другого. А Мастер улыбался им и иногда незаметно подмигивал: всего доброго, друзья, всего вам доброго. По вечерам, когда городские площади, пустея, успокаивались, Мастер присаживался на какой-нибудь скамейке, прикрывал глаза, и окружающее пространство оживало.
Он слышал шепот листвы над головой, переговоры ветра с флюгерами и стен с башнями. Ветер рассказывал флюгеру новости со всего света и советовал, в какую сторону посмотреть.
Стены с башнями, покряхтывая, вспоминали историю и обсуждали современность.
А листва шепчет... О, сегодня что-то об одинокой елке напротив "Малыша". Елочке обещали новогодний праздник, да передумали. Выкопали и сюда посадили. А она о хороводах мечтала. Глупенькая, она не догадывалась о последствиях новогоднего праздника. Шепот перешел в ласковый шелестящий смех.
А Мастер задумался: не хватает хороводов? На следующий день он предложил городу – просто так! – семь гномиков с условием, что они окружат елочку у "Малыша". Администрация вдохновилась: о, свежее решение!
И семь гномиков елочку окружили. Днем они смирно сидели в своих домиках-полусферах, смотрели по сторонам, радовались восторгам ребятни и радовали Мастера. А по ночам невидимо – они же сказочные! – водили вокруг елочки хороводы.
Прошло время. И вдруг одного гномика не стало. Потом другого, третьего. Постепенно. Мастер присаживался по вечерам в скверике возле елки и слушал. И вдруг узнал, что гномики уходили по одному к тем, кому якобы нужна была их помощь. Но к кому? И какая помощь?
Тем временем горожане начали беспокоиться: исчезают гномики. Самые беспокойные стали искать по городу и вокруг. Мастер, прислушавшись к самому разговорчивому гномику из оставшихся, стал догадываться, где оказывались самые доверчивые.
А тут как раз пришли в администрацию и "новости с полей":
- один гномик "был обнаружен во Пскове на красиво оформленном участке у коттеджа на ул. Яна Райниса 82-а";
- "второй гномик находится на улице Льва Толстого перед входом в здание Зеленхоза";
- "третий установлен перед одним из зданий на улице Плехановский посад".
Горожане, бурно переживая происходящее, надеялись на администрацию. А она, "делу дать хотя законный вид и толк", похоже, собиралась с силами, да выбирала время... Пока еще два не пропали.
У Мастера кот Баюн был, который, естественно, любил гулять сам по себе. У кота этого такая особенность была: набегается за день и, возвращаясь, устраивается у камина поближе к Мастеру и начинает ему, глядя на огонь, что-нибудь новенькое намурлыкивать. А тут приметил, что хозяин задумываться стал. Прибегает как-то и мурлычет: "Все скоро хо-ро-шо-о будет, главный архите-е-ктор обещал..."
Вздохнул Мастер облегченно: "Ну, раз главный архитектор..."
P.S.