Когда за Рашидом закрылась дверь, Лейла встала и подошла к окну. Она боялась, что кто-то сейчас войдет и увидит ее влажные глаза. Непонятно почему, но очень хотелось плакать. Для нее все начиналось заново, как тогда, пять лет назад, когда она без памяти влюбилась в молодого врача, своего коллегу по работе в этой больнице. Между ними вспыхнула и пронеслась искра сразу же, при первой встрече, после первого же сказанного слова. Сколько было затем признаний в любви, обещаний любить друг друга вечно. Они оба твердо хотели быть вместе и никогда уже не расставаться. Бессонные ночи, длинные письма, стихи... Но вот подошло время отъезда в ординатуру. Отказаться – значит, конец ее карьере, уехать – потерять его. В слезах Лейла провела ночь перед своим отъездом, а утром, поклявшись, ждать друг друга, сколько бы ни пришлось, они расстались, и, как потом оказалось, навсегда. Первые несколько месяцев он засыпал ее письмами, она даже не успевала их читать – целый день учеба в институте, затем работа в больнице. Потом письма стали приходить все реже и реже. Лейла понимала, что что-то происходит, но не могла понять что. В один несчастливый день пришло очень длинное письмо. С первых же его строчек она поняла, что между ними все кончено. Он писал, что никогда и никого не любил так, как ее, но по настоянию родителей вынужден жениться. Дальше Лейла уже не читала. Слезы застилали глаза, боль в груди сжимала сердце. В этот момент ей хотелось умереть, не видеть, не слышать никого, а просто вот так – взять да исчезнуть навеки, чтобы закончились все эти мучения и страдания. С тех пор прошло несколько лет, все давно осталось в прошлом, она даже не вспоминала ту свою несчастливую любовь, но на сердце и в душе остался глубокий и незаживающий рубец. Нет, она больше не совершит подобной ошибки: один раз обожглась – достаточно! «Тех страданий и терзаний я больше не переживу, – думала Лейла, сжимая голову ладонями. – Но как сказать об этом Рашиду? Сказать ему об этом прямо?.. Нет, не решусь. Не хочется причинять боль человеку, который и без нее сам перенес в последнее время немало страданий. Может, поговорить с Луизой? Тоже нет – это для Рашида станет очень серьезным оскорблением…» После долгих раздумий Лейла приняла единственное и правильное, на ее взгляд, решение: аккуратно, не задевая мужское самолюбие молодого человека, объяснить ему, что, кроме родственных и дружеских отношений, между ними больше ничего не может быть. Ее грустные размышления прервала Мадина. – Много в своей жизни бабников видела, но такого, как этот Рахим, никогда, – громко рассмеявшись, сказала она. – Он, бедный, думал, что я верю каждому его слову, и столько мне наговорил! Но я-то знаю, что он женат, просто тянула время, чтобы вам не мешать. Лейла удивленно посмотрела на нее. – Да, ты не ослышалась: именно не мешать вам! – продолжала говорить ее медсестра, разглядывая себя в зеркале и поправляя прическу. – И, пожалуйста, не делай такое удивленное лицо – все в больнице знают о том, что Рашид к тебе приходит, что ты ему нравишься. И только ты одна не хочешь этого замечать. Это же не парень, а просто мечта! Почему мне так не везет: то женатые попадаются, то какие-то полоумные. Да, я же не успела тебе рассказать! В общем, слушай! Несколько дней назад приходит ко мне один парень. Вроде кто-то обо мне ему рассказал. Ну, девушка я видная, красивая, поэтому это неудивительно. С виду он так, ничего, одет неплохо. Но после первых же слов поняла, что нужно гнать его в шею. Ты представляешь, он, даже не спросив, согласна я или нет выйти за него замуж, тут же начал расписывать обязанности по дому. И как я поняла, все они лежат на мне. В общем, проще говоря, мой маршрут пролегал от кухни к коровнику и обратно. Причем с самого раннего утра и до позднего вечера. Если бы я еще немного постояла, честное слово, он готов был уже объяснить мне, сколько я детей должна ему родить. Короче, послала я его, ну, ты знаешь куда! Пусть вначале поищет, а потом и осчастливит другую дурочку. Рассказывая, Мадина достала из стола тюбик губной помады и, не отходя ни на шаг от зеркала, стала наводить красоту на лице, при этом продолжая говорить и не обращая ни капельки внимания на то, слушает ли ее кто-нибудь в этот момент или же нет. Лейла никогда не обижалась на свою медсестру. Бойкая и болтливая, в душе Мадина была очень доброй девушкой. Это от нее Лейла всегда и вовремя узнавала о самых последних событиях и слухах, молниеносно распространявшихся по больнице. Вот и сейчас Мадина первой сообщила ей о кем-то придуманном романе между ней и Рашидом. – Знаешь, Лейла, я вот что тебе скажу, ты хоть и старше меня, но не замечаешь своего счастья. Глядишь, и упустишь его. А наши дамочки, как коршуны, уже кружат над Рашидом. Сегодня, когда тебя не было в кабинете, не успел он зайти в больницу, так прибежала эта мымра Зухра из процедурной. Спрашивает тебя, а сама глазки так и строит Рашиду. Ей все еще не достаточно, что она уже двум парням успела жизнь испортить. Я на нее так взглянула, что она пулей вылетела в коридор. – Мадина, скажи, а кто говорит, что Рашид приходит ко мне? – осторожно спросила Лейла. – Да это же слепому видно, и понятно самому глупому! Не ко мне же он приходит! Такие мужчины, молодые, красивые и серьезные, здесь редкость. И приходят они только с одной целью – найти себе невесту. Она продолжала еще учить жизни свою старшую коллегу и одновременно подругу, но Лейла уже ничего не слышала. Как могли все в больнице так быстро догадаться о причинах визитов Рашида? Ведь он приходил к ней и не особо часто, всего несколько раз, и то как родственник. Нет, с этим нужно решительно покончить и как можно быстрее, тем более что у этих встреч из-за позиции отца и братьев не может быть никакого продолжения. Весь остаток дня до самого вечера Лейла принимала больных. Многие успели заметить, что молодая врач сегодня чем-то опечалена или же девушка серьезно заболела. Несколько раз у нее из рук выпадала авторучка или, забывшись, она задавала один и тот же вопрос одним и тем же пациентам.
Тем временем Рашид катался по городу, который вовсю готовился к встрече Нового 2007 года. Вокруг все сверкало и сияло, люди в предпраздничном настроении делали покупки. Сказав Лейле сегодня о самом главном, он чувствовал себя победителем, справившимся со своей собственной нерешительностью. Назавтра он задумал нанести ей еще один визит в больницу, который точно покажет, каким будет логическое продолжение той встречи и разговора. Свернув на центральную улицу, Рашид остановился возле магазина. И снаружи и внутри него шла бойкая торговля подарками и украшениями для елок. Для Лейлы подарок у него уже был, надо обязательно что-то купить Мадине, которая стала невольным свидетелем зарождения их отношений. К тому же без этой веселой девушки Рашид уже просто не мог представить себе кабинет Лейлы. Через пять минут он вышел из магазина с подарком, а цветы решил купить завтра, чтобы были свежее. Но, как оказалось, на следующий день, в поисках роз ему пришлось объездить полгорода. Лейла готовилась к обеденному перерыву, когда открылась дверь и вошел Рашид. Вместе с ним в кабинет ворвалась морозная свежесть и, как ей тогда показалось, наполненный любовью воздух, от которого просто перехватывало дыхание. На нем было черное до колен пальто, а под ним серый костюм и черная водолазка. Чуть покрасневшие щеки говорили о том, что он долгое время провел на холоде. Молодой, красивый и энергичный, Рашид, кажется, излучал саму радость жизни – жизни такой, какой она и должна быть в его возрасте. «Господи, – подумала Лейла, – неужели мужчины могут быть настолько красивы?!» У молодого человека, стоящего перед ней, было слегка продолговатое лицо, волевой подбородок, черные как уголь глаза и брови, а волосы с ранней сединой только подчеркивали его красоту. «Нет, я не смогу произнести всю эту заранее приготовленную речь и расстаться с ним навсегда», – тут же обреченно подумала она. Разинув рот от восхищения, рядом со своим врачом стояла Мадина. Она видела Рашида всего несколько раз, но таким красивым, как сегодня, – никогда. Видя полную растерянность на лицах обеих девушек, Рашид сказал с улыбкой: – Кажется, меня тут не ждали... Я не буду вам мешать, просто забежал поздороваться и передать вам от Деда Мороза вот эти цветы и подарки. Рашид положил на стол огромные букеты красных роз и две красивые коробки: – Дышать ароматом роз очень полезно в это время года, – весело сказал он, не замечая полную растерянность и восхищенные взгляды девушек. – А здесь то (Рашид показал на коробки), что сделает вас еще красивее и привлекательнее. Хотя... быть красивее, чем вы обе сегодня, просто невозможно! Рашид еще немного постоял, продолжая все тот же шутливый разговор, затем, попрощавшись, быстро ушел. Вслед ему Лейла смогла выдавить из себя лишь несколько слов благодарности. Она была в полной растерянности, не понимала, что происходит. Этот странный и короткий визит, словно и не было вчерашнего разговора, окончательно запутал ее. «Неужели вчера он просто пошутил? – подумала она, всерьез разволновавшись. – Нет, так не бывает, Рашид не из этих шутников, да и говорил он, кажется, слишком серьезно». Мадина сразу же вскрыла свою коробку и, найдя в ней косметический набор, именно тот, который ей больше всего и нравился, от восторга потеряла дар речи. – Ой-й-й! – только этот звук и смогла издать молодая девушка, при этом махая в воздухе ладонями обеих рук, словно птица, собирающаяся взлететь. Затем, немного успокоившись, сказала: – Какие у тебя замечательные женихи, Лейла. Мне бы хотя бы одного такого. А что тебе подарил Рашид? Лейла рассеянно пододвинула к ней свою коробку. Мадина тут же ее вскрыла, и перво-наперво взяла ценник, лежащий внутри. Рашид про него и не знал, а то сам бы вскрыл коробку и вытащил, как ни была бы она аккуратно упакована. От удивления глаза девушки буквально полезли на лоб, а красивый ротик открылся сам собой. – Что там такое, Мадина? Ее медсестра молча показала пальцем на цифру, определявшую стоимость подарка, затем осторожно, словно это была бомба, стала разворачивать целлофановую обертку, в которую был завернут изящный флакон с духами. – Ой-й-й! – Мадина снова замахала в воздухе обеими ладонями. – Я знаю, что это: только вчера видела в одном модном глянцевом журнале: это королевские духи, Лейла! Можно? Не дожидаясь ответа, Мадина вынула стеклянную пробку и поднесла флакон к своему маленькому носику. Закрыв глаза, с наслаждением втянула в него аромат духов. Затем посмотрела на свою старшую подругу каким-то странным взглядом и восхищенно прошептала, качая головой из стороны в сторону: – Да ты просто королева, Лейла!.. Дома Рашида ждал серьезный разговор с сестрой. Луиза всем своим видом давала понять, что обижена и уже в курсе его частых посещений больницы. Но узнала все от чужих людей. Рашид сам не мог понять, почему он не сказал сестре первой о сделанном им предложении. Может, слишком увлекся и забыл обо всем на свете? Нет, это не отговорка, оправдывающая его, и нужно было исправлять свою ошибку. И уже вечером, когда сестра позвала его к ужину, Рашид виноватым тоном сказал: – Луиза, я сегодня был в больнице. Ну, в общем, ходил к Лейле. Она молчала, зная, что услышит дальше. Луиза виделась сегодня со своей подругой, но обе сделали вид, что ничего не знают об истинной причине визитов Рашида. – Я ей сделал официальное предложение... Извини, что тебе сразу не сказал. Понимаешь, от всего этого голова просто кругом идет. – И что она ответила? – настороженно спросила Луиза. – Пока ничего, но, думаю... Почему-то уверен, что она согласится. Луизе хотелось обнять его, сказать: «Послушай, брат, ведь Лейла намного старше тебя, у нее сложная и непростая семья, которая ни тебе, ни ей не даст спокойно жить. Вы будете обречены на вечные мучения». Но, зная характер Рашида, она сказала совсем другое: – Если ты хочешь, я с ней поговорю. Лейла добрый и хороший человек. Ты знаешь, как я ее люблю. – Нет, нет, этого ни в коем случае нельзя делать. Я сам в силах говорить с ней. Завтра же снова поеду в больницу и поговорю еще раз. Надеюсь, на этот раз она хоть что-то ответит мне. Но на следующий день все планы изменились и встретиться с любимой не получилось. С самого утра приехал дядя Мурад. Пришлось с ним ехать на похороны дальнего родственника в Малгобек, где они задержались до вечера. И уже не было никакого смысла, да и неприлично заезжать в такое позднее время в больницу к девушке. Пришлось все снова отложить на завтра.
Продолжение следует....