Лет уж пятнадцать назад это было. Порвался шнурок на ботинке. Но я знал, что делать.
По пути на работу, выходя из метро Театральная, заглянул в обувную будочку: «Дайте пару вот этих!»
Усатый будочник протягивает шнурки, смотрит на мои джинсы с модными дырками на коленях, произносит сочувственно: «Ээээ! Тебе не только новый шнурки нужны – еще и новый брюки тоже...»
Мы их быстро забыли, москвичи люди вообще с хорошо развитой амнезией.
А они были еще на памяти нынешних молодых. Будочки «Чистка обуви». Тех, где висели шнурки и стельки, лежали круглые баночки гуталина, где можно было присесть, выставить ногу и хозяин ловко чистил ваши штиблеты. Это был древний бизнес московских айсоров, потомков воинственных ассирийцев, тех самых, у которых когда-то, задолго до нашей эры и даже Древнего Рима, была могучая империя и легендарный царь Ашшурбанапал.
Айсорам империя уже была не нужна, они довольствовались тесными будками со шнурками и гуталином.
Некоторые из этих суровых мужчин были знаменитостями, вроде дяди Гриши с Пушкинской, воспетого журналистом Юрием Ростом, тут его фото.
Эти будочки и их хозяева считались московской штучкой, изюминкой, специалитетом. Чуть ли не дольше всех жила та самая, у Театральной. Но потом надо было класть плитку, какая еще будочка.
А за них бы надо держаться, этим дядькам надо было из городского бюджета платить, лишь бы сидели, важные, лишь бы не уходили. Туристам их показывать. Если в Венеции гондольеры, в Праге трубочисты, в Париже шарманщики – то у нас могли бы быть чистильщики.
Но фигушки. Посадим силиконовых торговок мороженым с ретро-лотком, разработанным дизайн-бюро за огромные деньги, будем изображать счастливое прошлое.
Исчезли навсегда те будочки, их крепкие хозяева со шнурками и гуталином, сгинули как царь Ашшурбанапал и его империя.
Алексей БЕЛЯКОВ