1. Владимир Бигаев вспомнил: "Мне когда исполнилось 18 лет, я уехал в другой город, в другую республику. Не потому, что косил от армии. Это было невозможно в принципе. Отец – офицер! Он к моему 18-тилетию уехал служить в арабскую страну, мама поехала к нему, ну а меня в Орджоникидзе к родственникам отправили.
Поступил в техникум, доучился до 4 курса, родители вернулись в Союз. Отец перевёлся в Орджоникидзе и служил в ОВОККУ. Меня вызвали в военкомат осенью 82 года, прошёл медкомиссию, стою голый перед членами комиссии, а военком говорит: "Вижу, учишься? Вот закончишь, весной призовем."
Отец стал настаивать, чтобы я служил в части рядом с домом. Я закатил скандал. Тогда отец сказал, что служить буду в Пятигорске, 200 км от дома. Скандал продолжился. Поехал в военкомат, попросил, чтобы меня отправили в ВВ МВД СССР, куда подальше.
Выбрал сначала Томск, потом переиграл в Пермь. А служить попал в Таджикистан. О чем совсем не жалею! 1983-85 гг. Таджикистан, Ленинабадская область, п. Табошар, ВВ МВД СССР.
В наше время тоже были парни, которые всеми правдами-неправдами косили от армии. Но их было очень мало...".
2. Сеня Горбунков добавил от себя: "Скажу за себя. Лично на воинскую службу не очень рвался, но и косить никогда мыслей не было. Положился на судьбу. Когда узнал, что везут в стройбат, немного расстроился, но плюсов оказалось больше, чем минусов.
В батальоне не было пресловутой дедовщины благодаря комбату и командирам в целом. Полтора года командировок можно было сравнить с простой работой на гражданке. К тому же новая специальность, опыт работы и по дембелю шестой разряд автокрановщика, высший по тем временам.
Немаловажный момент и то, что привез почти полторы тысячи рублей заработанных денег. Когда оформлял пенсию, то армейские два года один месяц и один день (так в пенсионных документах написано) вошли в трудовой стаж. Стройбат. Ленинград. ДМБ-80г.г.»
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
