. Глобально, две обязанности женских. Когда он нервный, едко попросить: «Тебе бы успокоиться бы, Ржевский!» А, вот, когда спокойный, то взбесить. . На что похожа баба? – На гитару! Бренчит, бренчит… Но выпил ты вина, Прошёл по струнам, хочешь с ней на пару… Вдруг – раз! – уже расстроена она! . Зигзагов и чудес полна превратных Судьба. И всё на свете может быть… Но женщине, которой «всё понятно», Ничто уж невозможно объяснить. . Не надо быть макакой и ехидной, Чтоб досадить «богинюшке» сполна. Оказывается, шутке быть обидной, Лишь миг над ней подумает она. . Растерянные мысли быстро скачут, Стараясь убежать от женских пут. А небеса над нами горько плачут (Надеюсь, всё же плачут, а не с. с. у. т.)… .
.
Глобально, две обязанности женских.
Когда он нервный, едко попросить:
«Тебе бы успокоиться бы, Ржевский!»
А, вот, когда спокойный, то взбесить.
.
На что похожа баба? – На гитару!
Бренчит, бренчит… Но выпил ты вина,
Прошёл по струнам, хочешь с ней на пару…
Вдруг – раз! – уже расстроена она!
.
Зигзагов и чудес полна превратных
Судьба. И всё на свете может быть…
Но женщине, которой «всё понятно»,
Ничто уж невозможно объяснить.
.
Не надо быть макакой и ехидной,
Чтоб досадить «богинюшке» сполна.
Оказывается, шутке быть обидной,
Лишь миг над ней подумает она.
.
Растерянные мысли быстро скачут,
Стараясь убежать от женских пут.
А небеса над нами горько плачут
(Надеюсь, всё же плачут, а не с. с. у. т.)…
.
