Что за неизвестный зверь?
В первый день немецкого наступления на северном фасе Курской дуги командир танка Т-34 Алексей Ерохин вместе с другими советскими машинами изготовился для контратаки. Вдруг, впереди показалась из-за холма немецкая машина и сразу же прямо издалека открыла огонь. «Танк не танк, - вспоминает ветеран, - но здоровая коробка, и бьёт подходяще!» Скорее всего, это был Фердинанд (почему, «скорее всего», станет ясно позже).
Советские танки сманеврировали, а Ерохин выстрелил немцу несколько раз прямо в лоб, но это не возымело никакого эффекта. Тот только потихоньку стал пятиться за холм. Танкисты смогли обойти неизвестную машину по кустам, и стали ей гвоздить снаряды один за другим в борт с расстояния менее 1000 метров. Ничего! Танк подёргивается, но терпит – видно, что снаряды «тридцатьчетвёрки» не причиняют ему никакого вреда. Правда, на шестом снаряде от него пошёл лёгкий дым, а после одиннадцатого, уже и чёрный столбом. Немец спрятался за холмом, и дальнейшую его судьбу Ерохин в этот день уже не видел, но, увидел ночью.
Надо бы проверить, что это было.
Когда всё затихло, Алексей Владимирович, обсудив со своим экипажем прошедший день, решил проверить что же это было за такое немецкое чудо: он чувствовал, что борт ему не пробил, но почему же оно загорелось-то? Это надо было узнать точно перед предстоящим новым боевым днём.
Перекурив в ладошку, командир танка с башнером пошли на нейтральное поле, и нашли немецкий танк полностью выгоревшим. Они осмотрели его броню и действительно в самой середине, выше ходовой части находилось несколько глубоких язв от попаданий снарядов его «тридцатьчетвёрки», но пробития не было ни одного.
- Влезли внутрь через круглый задний люк, - рассказывал после Курской битвы герой журналисту и писателю Константину Симонову, - и вроде поняли: против того места, куда я бил, изнутри закреплены дополнительные баки с горючим. И когда я ударил несколько раз по одному месту, то, наверно, от силы ударов, от детонации, начался пожар. Потому сначала и показался только слабый дым - корпус плотный, пробивного отверстия нет, дым сперва только просачивался, а потом уж факел! Мы со Степаненко ощупали всю броню кругом и убедились, что в лоб ее не возьмешь, а в борт с близкой дистанции можно, а если попасть в это место, где баки, то можно зажечь и с дальней.
6 "Фердинандов" одним ударом.
Потом, когда после испытаний на полигоне «Кубинки», где расстреляли в научных целях один «Фердинанд» из разных орудий, вышла брошюра «Уязвимые места немецкого самоходного орудия типа «Фердинанд». В ней неизвестно почему Алексею Владимировичу приписали уничтожение аж целых 6-ти «Фердинандов». Это сейчас вызывает иронию в некоторых публикациях, где подвиги героя якобы развенчивают, а его самого поднимают на смех, но он никогда и не утверждал, что уничтожил 6 именно Фердинандов.
Он действительно уничтожил в Курской битве несколько тяжёлых немецких танков или САУ. В его рассказе он все подбитые танки называет «Пантерами», а в наградных листах записаны 3 танка Т-6, то есть «Тигры». Почему же первый уничтоженный им танк был, скорее всего, именно САУ «Фердинанд», потому что из рассказа видно, что залазил он внутрь него через «задний круглый люк», а такие были только у «Фердинандов» и «Пантер». Но «Пантера» (опять-таки же «скорее всего») не выдержала бы 11 попаданий бронебойным снарядом в борт от Т-34. Хотя, напишите в комментариях, кто, что думает по этому поводу.
В любом случае, во время Курской битвы именно таким способом советские танкисты и артиллеристы уничтожали немецкие тяжёлые танки и САУ. Они «гвоздили» разными калибрами им по бортам, пока те не загорались. Так же выводились из строя и грозные «Фердинанды», и в их списке захваченных под Курском, есть техника с такими повреждениями.