Хотите, я вам сейчас покажу, почему я считаю, что у меня сейчас одна из самых лучших и самых сложных на свете работ.
Когда психолог работает с семейной парой, он работает со сложной системой, которая состоит из двух взрослых людей и еще какого-то количества маленьких людей и людей постарше. То есть любое вмешательство психолога в такую систему будет оказывать влияние на всю систему.
При этом, как бы людям снаружи не казалось, что эта система очень устойчива, это не всегда так. Возможно, с точки зрения материальных связей и обязательств это все выглядит монолитным, но с точки зрения эмоций очень может так случиться, что внутри этой системы все друг другу уже основательно надоели и все это держится на терпении одного человека.
Если либеральный психолог в эту систему влезает, он часто учит своего клиента отстаивать свои границы и ставить свои интересы на первое место. Закономерно, что после такой настройки от психолога, клиент приходит домой и его просто разрывает от несправедливости. Обычно с таким настроением хочется взыскать все долги в один день.
А там с другой стороны тоже накопились претензии. И на эмоциональную атаку будет следовать такая же эмоциональная атака из встречных претензий. По итогу обе стороны разойдутся с мыслью, что это все нужно заканчивать.
Но либеральный психолог за результат работы не отвечает, он работает по методичкам. Если ваша семья не вписалась в методичку, это ваши проблемы. Либеральный психолог даже доволен тем, что он семью до развода довел: теперь у него образовалось два клиента, которых можно годами обучать выстраивать свои границы с новыми людьми.
То есть подход, который заключается в том, что обе стороны просто начинают разговаривать и озвучивать свои потребности, не работает. Если бы он работал, не нужны были бы психологи. Потому что сказать другому человеку, что конкретно он сделал не так, не сложно, сложно создать ему мотивацию для изменений.
Если обе стороны в браке разделяют парадигму, что каждый должен сам беспокоиться о донесении своих потребностей до партнера, то обычно получается, что сидят две собаки-подозреваки напротив друг друга и ждут, что другой начнет выполнять свои обязанности.
Но просто от разговоров ничего не меняется. Поэтому у нас такой процент разводов.
И, кстати, не стоит думать, что у пар, которые не развелись, все прям сильно хорошо. Там часто бывает, что обе стороны повторяют родительские модели, но они просто нашли хорошо подходящего под родительскую модель партнера.
Но иногда это не означает взаимопонимание и счастье. Это просто означает высокую функциональность. Там мужчина может уходить в работу или в хобби, женщина тратить деньги, но как такового взаимодействия в семье очень мало. Или женщина может мужчину не уважать, а он это все терпеть, потому что привык, что выбирает не он.
И в таких ситуациях вмешиваться в систему нужно очень аккуратно. Нужно понимать, что есть возможность отношения разрушить, если начать работать по методикам либеральных психологов.
Поэтому в таких случаях работа практически ювелирная. Нужно не убедить клиента, что он заслуживает большего и ему нужно разрушать семью. Нужно через его рассказы об отношениях в семье построить психологический портрет супруга, предположить методики работы с супругом на положительной мотивации и дать их клиенту, а потом проверить результат.
То есть нельзя учить клиента качать свои права и отстаивать границы, жалеть его и убеждать, что вторая сторона ему что-то недодаёт. Потому что все, что мы получим, это серьезные конфликты.
Нужно наоборот настроить клиента делать больше для семьи, чем он делал до этого. Тогда у второй стороны появится мотивация для того, чтобы тоже придти за инструментами для работы на положительной мотивации.
То есть психолог очень аккуратно вмешивается в систему и смотрит за результатом. Потом опять вмешивается и оценивает результат. Потом определяет, почему выработанные привычки не приживаются. Из-за каких когнитивных установок человек не хочет делать своему партнеру приятно.
И по итогу такой работы психолог получает пару, которая имеет мотивацию идти на встречу друг другу. Потому что они увидели, что это работает, и они теперь знают, что нужно делать, чтобы такой результат поддерживать.