Фильм «Дива» Жан-Жака Бенекса имеет обманчивое название. Он начинается с концерта заезжей темнокожей звезды. Ее имя, Синтия Хокинс, зрители произносят с придыханием, радуясь редкой возможности услышать ее. Миссис Хокинс — в триумфе которой угадывается успех Джесси Норман — упорно отказывается записывать свой голос. «Мой голос отдельно от меня звучать не может. Я должна видеть публику.Мое искусство рождает публика», — объясняет она свой отказ. Поэтому с таким трепетом счастливые обладатели билетов внимают ее арии «Ebben? Ne andrо lontana» (Что ж, я уйду далеко) из оперы Альфредо Каталани «Валли», рождающей у них совершенный экстаз.
Кажется, что и дальнейшая история будет разворачиваться вокруг дивы, которую с таким достоинством и загадкой играет американская певица Вильгельмина Уиггинс Фернандес. Но, как окажется, ее талант и божественный голос — лищь фитиль для детективной интриги, точнее целого букета интриг, и только немного — интриги сердечной. В центре конструкции — не она, а молодой почтовый курьер Жюль, который тайно записывает её выступления, чтобы наслаждаться ими в одиночестве в своей странной квартире, похожей на гараж. Но вместо этого тайного счастья оказывается вовлечённым в опасные игры. С одной стороны молодого человека преследуют злобные азиаты — агенты какого-то лейбла, которым позарез нужна запись. С другой стороны — люди комиссара полиции, возглавляющего преступную сеть — у бедного Жюля случайно оказался на него компромат.
Жан-Жака Бенекс совершенно не заботится о правдоподобии. Его интересует сложный видеоряд, зрелищность, бурные страсти, динамика сюжета. Неслучайно для стиля, который он исповедовал, кинокритики 80-х годов придумали термин «необарокко». И в этой выстроенной декоративности такой же условной оказывается лирическая линия. Жюль жаждет поближе познакомиться с дивой, и скучающая по какому-либо теплу, заточенная в башню из слоновой кости, она не возражает. И вот они уже вместе пьют утренний кофе, и Синтия поет «Аве Мария» — как бы для разогрева, на самом деле для него.
А в конце фильма, когда Жюль, преодолевший круги ада, признается в том, что украл ее голос, нарушил запрет, звезда не обидится. «Я никогда в записи себя не слышала», — скажет она. — Так слушай», — отзовется почтальон. И снова в пустом театре раздадутся дивные звуки арии из оперы Каталани. «Ebben? Ne andrо lontana».
Известно, что в операх всегда немного натянутые сюжеты. В фильме Бенекса тоже. Необарокко…
Дива, Жан-Жак Бенекс, 1981 год.