«Вот передняя наша, вот и вешалка наша, Наша комната, Саша, наша комната, Маша. Вся квартира наша, наша. Кухня тоже наша, наша. Наши окна, наши двери, я глазам своим не верю. Есть уютный кабинет, как стекло блестит паркет…». Откуда эти строки? Из оперетты Дмитрия Шостаковича «Москва, Черёмушки», написанной на либретто Владимира Масса и Михаила Червинского. Премьера спектакля на злободневную тему с успехом прошла в Московском театре оперетты 24 января 1959 года. Это интереснейшее произведение — необычно для Дмитрия Шостаковича, ибо до сей поры композитор был наиболее известен как автор симфоний.
Дорого яичко к Христову дню, говорят в народе. Как раз в 1959 году на юго-западе Москвы и началось возведение панельных многоквартирных домов в Черёмушках. Так называлась когда-то подмосковная деревня, территория которой вошла в черту столицы в 1958 году. Почему Черёмушки? Имя деревне дал большой овраг, поросший черёмухой, о чем и напоминало название местной речушки Черёмхи. Московские Черёмушки стали первой ласточкой, с которой и началось массовое жилищное строительство в Советском Союзе. Так во многих советских городах появились не только новые жилые кварталы, но и свои Черёмушки. А дома в народе стали называть «хрущёвки» — в честь инициатора их строительства Никиты Сергеевич Хрущёва. Малогабаритная квартира в хрущёвке имела почти всегда одну иди две комнаты. Нередко комнаты были смежными, а коридора и вовсе не было. Высота потолков в такой квартире — чуть менее двух с половиной метров. Кухня — совсем крохотная, чуть более пяти метров, чтобы на ней могли уместиться раковина, плита, холодильник и стол. Лифта и мусоропровода не было, зато позже добавились балконы, причем приличного размера — могла влезть раскладушка. Но главное, что не было соседей по квартире! И недаром оперетта Дмитрия Шостаковича «Москва. Черёмушки» собирала аншлаги, тем более, что композитор использовал при её написании свои известные ранее мелодии и мотивы из «Песни о встречном», балетов «Болт» и «Светлый ручей», и даже «Антиформалистического райка». А в 1962 году оперетта была экранизирована.