НАРИНСКАЯ КАК ОРГАНИЗМ
Они первые были бы страшно несчастливы, если бы Россия вдруг стала безмерно богата и счастлива. Некого было бы им тогда ненавидеть, не на кого плевать, не над чем издеваться! Тут одна только животная, бесконечная ненависть к России, в организм въевшаяся
Фёдор Достоевский
Второй раз натыкаюсь на канале «Россия – 24» на документальный фильм Аркадия Мамонтова «Иноагенты». Любят у нас экивоками говорить и нейтрально называть. Не могу сей ТВ-плакат досмотреть – из-за страшных кадров сжигания людей в Одессе, а главное – из-за показанных там типичных «иноагентов»: любое высказывание их, любой взгляд обжигает животной ненавистью к России. Чего их так корёжит? – просто загадка.
Трудно судить, не живя в другой стране - лишь по каким-то внешним признакам или информационному полю, но уверен: нет другого такого государства в Европе, где евреи, прекрасно живя в стране пребывания, так ненавидели бы колыбель рождения и взрастания. Просто так, ни за что – органично! Ну, вот хорошо знакомая Венгрия – евреи, которые до войны владели 85% банков и газет (почти как в Москве 90-х!) сильно пострадали от венгров: их вслед за союзником – гитлеровской Германией преследовали, лишали имущества, венграм запрещали не то чтоб жениться, а даже вступать в любовную связь с еврейками. Разве в СССР было подобное даже при Сталине, когда хоть у руководителей, хоть у писателей жёны сплошь и рядом были еврейками?
Ну, а уж что потом творилось в Будапештском гетто при Салаши – посмотрите массовое захоронение в синагоге (вопреки иудейской традиции) и на берегу Дуная – взгляните на щемящий памятник «Башмаки» на набережной. Но, уверен, нет у венгерских евреев такой ненависти к Хунгарии, как у наших – к Рашке. Почему – ей богу, загадка! Я, например, по комментам некоторым чувствую: ну всё не принимают в моей ленте – русские убеждения, суждения, даже дороги по необъятной России. Как пишет один: «Не знаю даже почему, но неприятно читать»…
Вот и я не знаю. Например, все евреи-иноагенты сговорились в Берлине не употреблять слово «великий» применительно к России в любом контексте.
Особенно старалась приёмная дочка поэта Анатолия Наймана, который прекрасно существовал в достатке, был при Ахматовой литературным секретарем, а после ее смерти опубликовал мемуары «Рассказы о Анне Ахматовой». А вообще-то Анна родилась от первого мужа Галины Наринской - университетского друга Наймана - Евгения Рейна. Как известно, Рейн с кровавого 1993 года преподаёт в Литинституте, воспитывает, так сказать, литературную смену. А какое воспитание получила его родная дочь – Ана Наринская? «Я росла с четкой и при этом неболезненной уверенностью, что «наши» — это не «мои». Иногда, как мне сегодня кажется, в этом даже был перехлест. Скажем, я была уверена, что ничего «моего» пройти советскую цензуру не может, и поэтому скептически относилась даже к книгам Трифонова, а на советские фильмы практически никогда не ходила (теперь понимаю, что зря). Но когда я закончила школу и началась перестройка, да и потом, когда в 90-е советское пошатнулось и посыпалось, мне было совсем просто: ничего «моего» новый порядок не отменял. Он отменял только «наше»…».
Как вам? Великая "не наша" - русофобка и антипатриотка с младых ногтей, без всякой причины – в организм въелось, как писал Достоевский. Как это не похоже на рассказ нормального советского еврея, уехавшего в Израиль и горячо повествующего о войне с арабами, среди которых были инструктора из СССР: «Наши как дали по израильтянам, а наши на это как ответили по арабским позициям!». У Наринской наших – в помине не было, со школьной парты!
Ну, а насчёт «великости» и самого ненавистного эпитета «великий» - можно прочитать в её же книге «Не зяблик. Рассказ о себе…». Там есть рассказ, как радушно принимал Наринскую с мужем по звонку от отчима Иосиф Бродский на Мортон-стрит, как водил везде, угощал: «Вечером мы сели в кафе, заказали кофе, а мой муж – виски. Отхлебнул, посмотрел на понурую меня, посмотрел на Бродского и сказал: «Ну вы сами-то, конечно, понимаете, что стихи Брюсова гораздо лучше ваших?!» Я никогда не забуду лицо Бродского в этот момент. И мне до сих пор стыдно. Хотя некоторое злорадство во мне сохранилось до сегодняшнего дня. Брюсов, думаю, был выбран из-за двух первых букв. А поэт Бродский великий, и с этим ничего не поделаешь. Да ничего и не стоит делать".
Конечно, что поделаешь – Иосиф велик и всё тут! Ему прощается всё – и преувеличенный эпитет, и даже ненависть к продажной Украине, за которую «борется» Наринская в Берлине. Ну, ладно: Бродский – великий, а почему Пушкин – нет? Даже занятно. Но самое смешное, что не великая – сама Россия, родившая и вскормившая обоих!
Вот ещё штришок от Наринской: «…Я получила сообщение от подруги из Москвы. Она описала разговор с сыном-школьником, который, прочитав сообщения об отступлении российских войск в Украине, сказал с нескрываемым удовлетворением: «Смотри, наших выкинули из Харькова»…». А сколько в Москве осталось подобных подруг с такими вот сыновьями! Страшно подумать…
Например, успешная художница Елена Хейдиз с выставками в Москве: «Меня от дебилов тошнит, от русских дебилов, у которых нет ничего за душой кроме болтовни и претензии на «великость», вы — ничтожные дешевые глупые уроды, о которых стыдно даже марать руки".
Сама она от этих уродов может только получать денежные знаки за свою мазню, не марая рук.
И всё это – в стране, получающей похоронки с фронта!