— Догони меня! Оборачиваясь, кричу старшему брату. Повернувшись, на скорости не успеваю затормозить и со всей дури врезаюсь головой в перечину железной кровати. Очнулась уже лёжа в постели, с разбитого лба мама вытирает кровь, которая стекает бойким ручейком, и сильно ругается. Н-да, никто не желает провести последние часы уходящего года, ухаживая за ребёнком и переживая. Поэтому даже тогдашним пятилетним умом понимаю и жалею родительницу. На январском приёме в больнице прошу подольше не снимать повязку, хочу покрасоваться перебинтованной головой в садике после праздников. К большому несчастью для чувствительной детской души, врач не прислушивается к словам и залепляет поджившую рану обычным пластырем, так и не дав распространиться легенде о моем подвиге в каком-нибудь бою. Шрам на лбу на всю жизнь останется напоминанием о том декабрьском предновогоднем вечере. Но таких случаев, когда я приносила родителям какие-то волнения, можно было пересчитать по глазам циклопа. Ровно до