Р. Барт. Смерть автора. (Барт Р. Избранные работы: Семиотика. Поэтика. - М., 1994 - С. 384-391).
Мы знаем, что почти все романы Э. М. Ремарка посвящены войне, так как он прошёл через неё: его роман «На западном фронте без перемен», повествующий о жестокости войны глазами 20-летнего солдата, стал сенсацией, за него автора даже выдвигали на Нобелевскую премию. Получается, лучше текст трактовать с учётом того, кем является автор?
С другой стороны, что делать с Шерлоком Холмсом, которого, как и Льюис Кэрролла, не существовало: первый был плодом воображения сэра Артура Конана Дойля, а второй – Чарльзом Лютвиджом Доджсоном. Дойль вообще был медиком по образованию, он мог лишь по газетам и рассказам знакомых знать, как расследуются дела, как ведут себя преступники. Стоит ли в таком случае рассматривать произведения Автора с учетом его личности?
Чтобы ответить на вопросы, надо понять, что такое текст. Как считает Барт, это не просто цепочка из слов, связанных определённой логикой, это многомерное пространство, в котором сталкиваются, сосуществуют, спорят и уживаются разные виды письма, которые, в свою очередь, отсылают нас к тысячам различных культурным источников.
Р. Барт: «Объяснение произведения всегда ищут в создавшем его человеке, как будто в конечном счёте сквозь более или менее прозрачную аллегоричность вымысла нам всякий раз «исповедуется» голос одного и того же человека – Автора». Но ведь это не так. В каждом новом произведении другой герой, фабула, сюжет и, возможно, эпоха.
Если анализировать текст с отсылкой на Автора и его опыт, думаю, мы ограничим число его смыслов. Однако цель Автора противоположная – дать каждому читателю свое понимание текста. То есть, текст изначально имеет множество смыслов и толкований, и личность автора лишь ограничит наше восприятие прочитанного.
Получается, что Автора надо отстранить от текста. Это позволит рассмотреть последнего с разных сторон, попробовать расшифровывать. И в этом истинное наслаждение Читателя: найти хотя бы несколько нитей, которые помогут немного распутать сюжет и понять смысл. То есть, он, Читатель, предоставляет и себе, и тексту бесконечную свободу демонстрации себя.
Если убрать Автора, получается, на первое место выходит Читатель: именно ему надо свести все нити и виды письма в единый клубок, чтобы докопаться до истины. Он из многомерного пространства выискивает глубинные смыслы и понимание текста. Иными словами, Читатель ответственен за выводы, которые он сделает после прочтения текста Автора.
Однако, думаю, что и на Авторе лежит ответственность за то, из чего он выстраивает многомерное пространство текста. И здесь кроется смысл чтения: ответственность друг перед другом и попытки найти свой смысл побуждают так выстраивать свою работу, чтобы каждый получил от нее удовлетворение.
Автор лишь производит текст. Читатель распутывает, находя каждый раз новые нити и смыслы. Текст никогда не будет расшифрован окончательно, и никогда не будет единого смысла, который пытаются навязать нам критики, рассматривающие текст только под призмой Автора.
Теперь мы знаем, Автор бессмертен: создав текст, он отделяется от него в поисках места для выстраивания нового пространства. И так, каждая новая книга возрождает его.