Расскажу ещё одну небольшую смешную историю про деда Митрофана и кабана Борьку.
Привет всем на канале Птица-муха!
История произошла на следующий день после того, как мы с моей двоюродной сестрой, Светкой, "посетили парикмахерскую". Как я там писала, должна была состояться свадьба нашей тётушки.
Вот на этой-то свадьбе всё и произошло. Делали её во доре у бабушки с дедушкой, гуляло полдеревни, как в те времена было на любой сельской свадьбе. Естественно, и дед Митрофан был там.
Мы со Светкой старались сильно не отсвечивать, потому что от нашего с ней вида у гостей случалась истерика. Особенно, от моего. Представьте: волосы собраны в высокий хвост, чёлка, под которой брови не наблюдались. Так что мы, детвора, всё больше в беседке отсиживались.
Шум, гам, калитка нараспашку, кто-то приходит, кто-то уходит. Одним словом – свадьба. Дедов боров, Борька, где-то, как всегда, шлялся. Самостоятельный он у него, понимаешь, а дед со спокойной душой гулял на свадьбе.
Наконец, дошло дело до поздравлений молодых и тостов. Ну и понятно – в конце тоста все норовили погромче заорать – горько. Дружно орали, громко. Дошла очередь до деда Митрофана, он тоже поздравил и, конечно, от души заорал – горько! Народ подхватил.
Молодые уже в который раз целуются, народ орёт и сквозь этот ор слышится Борькин визг, а потом появляется и сам Борька, летит, аж на поворотах заносит. Находит глазами деда Митрофана, подлетает к нему и хрюкает.
– Чаво тако, Борька? Чаво припёрси сюды? Чаво-та я не помню, чтобы тибе на свадьбу приглашали! На-ка каклетку и дуй отседава.
И дед забыл про Борьку. Тот от котлетки не отказался, а пока шёл мимо столов к калитке, некоторые добросердечные сельчане тоже его угощали, кто чем, кто пирожком, кто сырком, кто огурчиком. Тут и баян заиграл, народ запел, затанцевал, после чего поздравления продолжились. Опять тосты, опять – горько.
И снова Борька бежит с бешеными глазами. Дед Митрофан офигел.
– Борька, качарыжку тибе в рот! Чаво ты мине нервы трепишь, туды ево в качелю! А ну, марш домой, кому сказал!
– Х-р-р-ю-ю-ю-ю! – прямо заорал на деда Борька.
– Я тибе сичас похрюкаю! Марш до дому быстра!
Борька опять побрёл домой, по пути не отказываясь от предлагаемых угощений.
И так было много раз. В общем, набегался Борька. Почему он бегал, дед Митрофан чуть позже понял, когда у него закончились папироски и он побежал за ними домой. Борька спокойно лежал на травке возле летней кухни, дремал. А тут опять – ГОРЬКА!
Борька взвизгивает, подскакивает и бегом со двора. Тут-то до деда и дошло, что Борька думает, что это его зовут.
– Чаво жа энта, качарыжку тибе в рот, значитьси, тибе, вроде, зовуть, ты бежишь, тибе угощають, я назад прогоняю. Энта ты так замучиишьси нынча бегать.
И правда, Борька вымотался, а, может, кто-то по приколу и чем ещё, кроме еды, угостил. Потому что спустя какое-то время он решил вообще со свадьбы не уходить, свалился под столом и почти ни на что не реагировал. Только, когда кричали – горько, подхрюкивал, мол, здесь я.
Свадьба прошла спокойно, без скандалов, запомнился всем ещё один момент. Вовка то с нами в беседке сидел, то прибегал к своей бабушке, Надежде Петровне. Посидит у неё на коленях, и опять – к нам.
Вот тут-то его дед Митрофан и подловил.
– Чаво энта ты, Вовка, за столом сидишь, а молодых не праздравляишь, туды её через карамыслу? Ну-ка, становиси на тубаретку! – скомандовал дед. – Люди, качарыжку вам в рот, ну-ка тиха мине! Вовка будить праздравлять молодых. Давай Вовка!
Поначалу Вовка засмущался, растерялся, но все начали подбадривать, мол, давай, Вовка! Вон сколько народа ждёт! Наконец, он собрался с мыслями и громко выдал:
– Муж и жена – одна сатана!
А дальше, наверное, его посетили воспоминания о последнем торжественном мероприятии, на котором он недавно побывал – похороны свекрови Надежды Петровны, его прабабушки.
– Царствия небесного молодым! – торжественно выдал Вовка, перекрестился левой рукой и поклонился.
Народ ржал до коликов!
Спасибо, что прочитали.
Все материалы канала можно посмотреть здесь.
Весь дед Митрофан здесь.
Телеграм канал тут.