Нина, ну раз уж хотите вопросов, вот вам - почему лень себя холить и лелеять. Если любишь мужчин, то и наряжаться надо для них. Да и не дорого это сейчас. Лет-то не пятнадцать, чтобы на пару платьев денег не было. А уж подкраситься как само собой. Всегда недоумеваю, когда вижу женщин, которые не прихорашиваются на людях. Это тупо лень или самоуверенность такая?
Обалденная тема, кстати. О-бал-ден-на-я! Мне вообще по ней нечего сказать. Вот была бы с нами незабвенная систер Вера, она бы рассказала. Она модница была, любила наряжаться, красоту наводить. Так и говорила: "У меня с моим телом договор. Оно работает, а я его за это кормлю и наряжаю". В юности ногами сверкала - ух! Ножки как у арабской кобылки. Как мини наденет, как накрасится, как гитару в руки возьмет...
А я, даже когда молодая-стройная была, тоже ноги от ушей (а остальное шея), и тоже могла надеть хоть что 42-44 размера - даже в этот благословенный период я влезала в одни и те же джинсы в обтяг, хиповня такая, и таскала их до тех пор, пока они в нитки не рассыпались на ходу. Еще до всей этой моды на искуственно состаренное, ходила вся в дырах. Дыры у меня были даже на осенних финских сапожках, не то, что на джинсах. Щас-то, бают, это последний писк моды, стоптанное-пыльное-дырявое, а тогда-то говорили, мол, рванье, бомжиха и смотрели с ужасом.
Один раз только, помню, я засомневалась, а не ходить ли мне модно-прилично. Подружка у меня была богатая, поехали мы к ней в гости всей толпой, и я с любовником, как бишь его звали-то... Ну, не важно, симпатичный пацан. Пижон даже, одет с иголочки всегда, в этом он на Бурцева похож. Ну, приехали, расположились с пивом в живописных позах, а подружке на дом плащ новый кожаный привезли, совпало. За агромедные тыщи денег. Потому что он мало того, что был из мягчайшей, тончайшей кожи, так еще и капюшон отделан натуральным мехом. Чи лиса, чи шо, длинный такой мех, черный с проседью. И подружка сама его надела, повертелась перез зеркалом, а потом и говорит мне: "Нинка, померь давай, я посмотрю, как он смотрится, что-то в зеркале не понимаю. Только причешись, лахудра." Ну, я причесалась, и надела этот плащ. Скрыла свои дыры богатой настоящей вещью.
Никогда не забуду - из зеркала на меня смотрела другая женщина. Красивая - глаз не отвесть. Очи иконописные в пол-лица, светятся умом и милосердием. Руки - мама моя, пальцы длинные, только колец не хватает брильянтовых. Стать - аристократическая. Королева, вот те крест. Царица! Подружка ахнула, руками всплеснула. Иди, грит, мужикам покажись. Ну, выхожу на кухню, встаю молча перед мужиками. У их бай отнялся, замер разговор. Благоговейное молчание воцарилось. Надолго. Любовник мой, который пижон, аж кадыком дернул, сглотнул и сказал сипло: "Одевать тебя надо!". А я лукаво усмехнулась и ответила, как мне показалось, остроумно: "Ну, так одевай!" И... и всё. И исчезло впечатление. Рассыпалось вдребезги. Столько в этом моем "одевай" было крестьянского неуклюжего кокетства, столько служанкиной грубой простоты, столько нищенства и наивной алчности ресторанной прислуги, что от королевы не осталось ничего. Ни крошки, ни капельки. Любовник передразнил меня презрительно "ага, щас, одевай", мол самому не хватает, и мне стало стыдно так, что дыхание зашлось. Ушла, сняла плащ, отдала подруге и сказала ей, мол, бери, хорошая вещь, любую уродину украсит.
Вот все ж таки красота - не в вещах, нет. Вещи способны красоту подчеркнуть. До тех пор, пока красотка рот свой не откроет. Красотки, не открывайте рта! Приподнимите бровь и промолчите. Пошлите безмолвный мессидж наглецу, мол это что за "одевать тебя надо"? Кому надо, тебе? А ты сможешь? Бабла тебе хватит, одевальщик? Нет? Ну и сиди, молчи в тряпку.
Вот надо было тогда так сделать. Приподнять бровь и промолчать. Но кто ж тогда понимал-то такие тонкости. Дурочка была. Наивная дурочка, без мозгов, простая как три рубля, простушка, одно слово.
И такая молодая. Такая молодая. Такая молодая. Эх.
А сейчас-то да. Спасибо, что напомнили. Так-то я только прическу постоянно стригу, у меня есть мастерица, Галка, мы с ней 18 лет вместе. Бдит за мной, не дает обрастать, и когда мне пора стричься, она звонит, напоминает, приезжает, и состригает все лишнее. Раскрашивает меня коллега Даша (и дарит всякие присадки, чтобы я сама красилась, только я все время об этом забываю), малюет мне лицо, когда мы с ней выходим куда-нибудь. На свадьбу накрасила, на похороны, на вручение грамоты на работе. Комдир вручал в музее компании, фотографировали всех, мое начальство мне строго велело прийти в приличном виде, чтоб отдел не позорить. Ну, я оделась, Дашка меня накрасила, я сходила сфоталась с комдиром, в этой классической официальной наградной позе, когда оба держатся за грамоту, как будто передерутся сейчас за нее. И одежда у меня так-то есть приличная. Богатые подруги отдают, вон полный шкаф, не ношу только. И Бурцев советы советует, что мне носить, в какой гамме, какой длины и фасона, он в этом шарит, просто личный консультант.
Не, когда надо, я выгляжу. И в старости хотела бы быть английской старухой в блузе с жабо и брошкой.
Но хипушку из меня не истребить. Нет привычки к наведению красоты. Это не самомнение, это пофигизм, я забываю, что надо одеться, накраситься... Чуть что, я влезаю в джинсы, футболки и худи, и хожу так, пока Бурцев не сдерет с меня эту рвань, не отнесет в помойку и не заставит новое купить. Вчера вот халатик мне купили к лету домашний. На Вайлдбериз за 600 рублев, клечатый, легкий, 100% хлопок, в серо-сиреневой гамме. Оч. красивый, только дорогой. Еще четыре статьи на Дзене, и закрою финансовую яму после покупки халатика. Зашибись, кто не понимает.
Ну, ответила я на ваш вопрос? Спрашивайте, если не ответила.