Лето 1991 года для двух корешей, субтильного Эй Джея и крепыша Муса, проходит в постоянном генерировании идей по зарабатыванию денег. Они всегда срабатывают и, наверное, если бы не родичи, скоро стали бы подпольными пивными магнатами Небраски. Но громоздкое слово отцов пресекло планы на бутлегерство и дало возможность переключить мыслительный процесс в легальное русло. Так ребята решают выиграть тендер на аренду прибассейной закусочной, и выигрывают. Правда, это стоило в десять раз дороже, нежели предлагали ближайшие конкуренты, но уже в первый день парни отбили треть вложенного. Что же будет дальше при таком раскладе и сможет ли их закадычная дружба выдержать давление денег, девочек и самолюбия.
Режиссёр Адам Ремейер, доселе ничего примечательного не снимавший, взял за основу собственную историю взросления, скорее всего, приукрасил (хотя есть вероятность, что наоборот, сгладил некоторые сцены), написал сценарий с лихой динамикой, комичными диалогами и в несколько гротескной манере. Он точно знал, чем делает кино и видел финальный результат ещё на стадии задумки. Это усматривается во всём: обилии маркировки Nike, точном отражении времени, когда можно было зарабатывать на воздухе, не определившимся пришедшим с военной службы, базе Рамштайн и так далее. Ремейер буквально погрузился в прошлое, вспомнил всё, поставил всё и не проиграл.
Кино начинается с сумасшедшей сцены игры на бегах собак, где изо рта пацанов не исчезает дымящийся окурок. И сразу становится интересно и непонятно, то-ли сигарета в кадре мерещится, или странность поведения парней. Темп подгоняет зрителя за развитием и только спустя 20 минут мы обнаруживаем титр с названием ленты. И становится окончательно ясно, что перед нами не обычная молодёжная комедия, здесь люди крепко мыслили, перед тем как обнародовать своё творение. Режиссёр и Ко пересобрали этот жанр заново, он засиял новыми гранями, ничего нового, но страшно интересно наблюдать за романтическими отношениями двух недорослей к одной девице.
В фильме показаны все пунктиры и взаимосвязи неопытных мальчишек, которые одним стремлением и напором в силе сдвинуть любое препятствие. Один из них поскромнее, что помогает доверчивым партнёрам. Другой напротив, агрессивный и атакующий, такие импонируют более грубым. Оба дополняют друг друга так, что сами не понимают насколько это круто. Они не осознают собственных возможностей, направив в нужное русло которые, можно стать великими. Им это не надо, да и кто знает, что для них может быть «нужным руслом», когда именно теперь друзья набирают эмпиризма, без которого полноценно состояться нельзя.
Закусочная это Подростковое драмеди, в котором четырнадцатилетние много курят и чуть меньше пьют. Они познают смысл выражения "первая любовь", испытывают дружбу на прочность, обретают новых и теряют самых близких. Это кино юности всякого человека после 20 (до совершеннолетия такие истории не вызывают особенных сантиментов). Время, когда море по колено, на продаваемых гамбургерах можно кетчупом или горчицей писать любые непристойные слова, добавляя его к "бургер", набухиваться, играть на скачках, целовать самую прекрасную девушку во вселенной и чертовски глупо воспринимать такое везение за обыденность. Это ветер ностальгии в наших волосах, который запутавшись начинает звучать теми самыми песнями, которые до конца останутся с нами. И за этот прустовский опыт большое спасибо создателям Закусочной.
Такой челлендж, с самого раннего возраста, способен заложить основы будущего стоика, который даже в самом крайнем случае возьмёт ответственность на себя и останется лучшим человеком. Надо давать детям свободы, контролируемой, но воли, чтобы они, вырастая, не горели одной только мыслью свалить из родительского гнезда поскорей. Такой баланс могут свести только мудрые предки, это не всякому под силу. И в кино, метафорой окончания прежнего ребяческого существования в розовых пелёнках, иллюстрируют, достаточно трагично, переход, некоторым образом, инициацию, в момент, когда старший ментор внезапно уходит, передав достаточно знаний об этой непростой жизни.