В массовом сознании Габсбургская монархия ассоциируется с господством этнических немцев, которые составляли костяк её военно-бюрократической элиты. Однако в эпоху подъёма национализма в XIX в. многие немецкие поданные Габсбургов стали воспринимать империю как многонациональную обузу на плечах немецкого народа. В их глазах Габсбурги являлись эталонными «новиопами», которые в интересах сохранения своей власти пестовали национальные элиты на окраинах в ущерб интересам немцев – последние же на своём горбу тащили и оплачивали всю эту «странную экономическую модель».
В 1882 г. немецкие националисты опубликовали Линцскую программу, которая требовала политической демократизации, свободы слова и собраний, а также расширения социальных реформ. Но главные аспекты Линцской программы касались национального размежевания Австро-Венгрии. Согласно условиям компромисса 1867 г., обе части двуединой монархии сохраняли общую внешнюю, оборонную и экономическую политику. В глазах немецких националистов Австрия по-прежнему содержала Венгрию, а потому они предлагали разорвать даже эти связи. Единственное, что могло объединять два независимых государства – это символическая фигура австрийского императора как венгерского короля и равноправный военный союз.
Что же касается Цислейтании (то есть «австрийской» части Австро-Венгрии), то Линцская программа предлагала «отпустить» по примеру Венгрии Галицию, Буковину, Далмацию и Боснию с Герцеговиной – самые далёкие и/или бедные части Цислейтании, где проживало мало немцев. Это также должно было остановить поток мигрантов – в Австрию массово ехали нищие восточноевропейские евреи со своим специфическим образом жизни, что воспринималось многими как вторжение инородцев на немецкую землю.
А вот оставшаяся часть Цислейтании, включая Богемию, Моравию, Силезию, Крайну, Приморье и Тироль, должна была стать «Немецким национальным государством». Чехов, словенцев и итальянцев следовало ассимилировать и германизировать. При формальном сохранении монархии Габсбургов эта «Немецкая Австрия» должна была всячески развивать связи с «братской» Германской империей – сначала в формате Таможенного союза, а в перспективе и политического объединения.
Вскоре подписанты Линцской программы рассорились. «Фюрер» немецких националистов Георг фон Шёнерер скатился в непривычный для тех времён расовый антисемитизм, германское язычество и «Новую хронологию» с летоисчислением от побед древних германцев над ящерами римлянами.
Другой подписант – крещённый еврей Виктор Адлер, стал основателем Социал-демократической партии Австрии (СДПА), которая сосредоточилась на борьбе за демократизацию и социальные реформы. Впрочем, о националистических истоках своей карьеры Адлер не забывал. В 1899 г. СДПА приняла Брюннскую программу, которая фактически предвосхитила проект «Соединённых Штатов Великой Австрии» Аурела Поповича – федерализацию империи на несколько самоуправляющихся национальных автономий, включая немецкую.
Другие социал-демократы – Карл Реннер и Отто Бауэр, предлагали альтернативное решение национального вопроса – создание культурно-национальных автономий в рамках единого государства без территориального размежевания. Впрочем, их взгляды внутри СДПА так и остались в меньшинстве.
После краха Габсбургской монархии в ноябре 1918 г. австрийские социал-демократы в соответствии со своими националистическими корнями провозгласили создание республики «Немецкая Австрия» как неотъемлемой части Германской республики. Однако победители из Антанты запретили аншлюс, чтобы не усиливать Германию. Кроме того, Южный Тироль, Судеты и Нижняя Штирия были аннексированы соседними государствами.
Нехотя, социал-демократам пришлось создавать отдельную Первую австрийскую республику. В 1933/34 гг. её сверг авторитарно-клерикальный режим Корпоративного государства во главе со сторонниками отдельной австрийской идентичности. Этот режим просуществовал вплоть до марта 1938 г., когда выходец из Линца и поклонник Шёнерера осуществил мечту своего кумира юности.